Как сложилась судьба «вундеркинда поневоле» Полины Осетинской и ее деспотичного отца

Одна из ведущих сольных исполнителей мира, выступавшая на Транссибирском арт-фестивале, рассказывает о малоизвестных проблемах фортепианной педагогики и о музыкантах-вундеркиндах. 

В новых сложившихся условиях карантина седьмой Транссибирский арт-фестиваль Вадима Репина прошел молниеносно. Множество выступлений иностранных исполнителей было перенесено на сентябрь, произведены замены солистов — чтобы хотя бы в онлайн-режиме слушатели могли насладиться несколькими концертами, прошедшими в зале имени Арнольда Каца. Для исполнения с Новосибирским академическим симфоническим оркестром Концерта Бетховена для скрипки, виолончели и фортепиано в компанию солисту и организатору фестиваля Вадиму Репину были приглашены Александр Бузлов и Полина Осетинская.

imageПолина Осетинская стала известна в 80-е годы благодаря незаурядным пианистическим и музыкальным способностям: еще в детском возрасте она завоевывала самые крупные филармонические залы СССР, а потом и постсоветского пространства. Сейчас Осетинская — одна из ведущих сольных исполнителей мира. Первым педагогом Полины был ее собственный отец — как ни странно, не умеющий играть на фортепиано. Но тем фантастичнее выглядели концерты юной пианистки-вундеркинда. В 2007 году пианистка написала книгу «Прощай, грусть», в которой описывает все подробности своей жизни с отцом и трагедии, связанные с этим.

— Полина, хочу выразить мнение многих о том, что вы не только прекрасный исполнитель, но и очень органичны на сцене, — слушая вас, получаешь эстетическое удовольствие: у вас нет никаких отвлекающих движений, нет излишней импульсивности. Свое искусство вы преподносите публике с большим достоинством и чувством меры. Даже если зрители по ту сторону экрана, когда концерт транслируется в формате онлайн.

— Спасибо. Да, это был необычный опыт. Конечно, мы все трое — я, Вадим и Александр —  слегка по-разному ощущаем эту музыку Бетховена, но в условиях дефицита времени для полноценных репетиций я считаю, что мы пришли к какому-то единому компромиссу и вполне достойно сыграли «тройной концерт».

— В нынешних непростых «карантинных» условиях вы дали еще и мастер-класс юным исполнителям в рамках программы «Общайся со звездой». Наряду с работой над произведениями, которые демонстрировали молодые пианисты, большое внимание уделялось простым на первый взгляд вещам — например, тому, в каком положении исполнитель сидит за инструментом. Поясните, пожалуйста, почему это так важно?

— Дело в том, что есть базовые вещи, которыми в фортепианной педагогике нельзя пренебрегать. Это постановка, посадка, физиологически правильное положение тела, которое позволяет в будущем предотвратить начинающему пианисту большие проблемы, связанные с его здоровьем. Мне кажется, что педагоги недостаточно уделяют этому внимание, а должны, тем более в музыкальной школе. Если упустить эти моменты, то у ученика начнутся зажимы, ненужное напряжение в мышцах. Педагогам по фортепиано, как врачам, чтобы квалифицированно понимать все эти проблемы,  нужно прочитать не одну книгу, хорошо знать физиологию процесса игры на инструменте, анатомию. Зачастую преподаватели просто натаскивают своего ученика в погоне за победами в конкурсах, выступлениях на концертах, а работа над постановкой пианистического аппарата уходит на второй план, поскольку это достаточно нудное и кропотливое занятие, которое не даст быстрого результата, так как это труд на перспективу, а не на мгновенный эффект.

image— Что именно послужило толчком для создания «Центра по поддержке профессионального здоровья музыкантов Полины Осетинской»?

— Этот центр я основала после того как сама столкнулась с тем, что «переиграла» руки в 2015 году, а когда занялась поиском специалистов, которые могли бы мне помочь, сделала большое открытие: в природе не существует волшебной таблетки, которая избавит вас от этой проблемы. И пришла к выводу, что этим лекарством может быть только ваша осознанность, желание работать, а также понимание, что этот недуг складывается не из одного компонента, а из комплекса состояний вашего организма. Осознание этого было болезненным. Потратив десятки тысяч евро на различных специалистов и на то, чтобы пройти все виды медицины (традиционной, нетрадиционной, доказательной), я выяснила, что профессиональные заболевания у музыкантов не всегда являются физиологическими проблемами. Например, причиной может быть нарушение баланса каких-то микроэлементов, сбой биохимического гормонального фона. К примеру, высокий уровень кортизола (его называют гормоном стресса) и нехватка магния может привести к тому, что у вас начнут спазмироваться мышцы. Также огромное значение в возникновении профессиональных заболеваний у пианистов имеет психоэмоциональный стресс перед выходом на сцену, он играет ровно такую же роль в проблеме мышечных зажимов, как и нехватка каких-то микроэлементов. Все это необходимо решать в совместном «сотворчестве» с грамотным терапевтом, эндокринологом, чем, увы, у нас практически никто не занимается. Если бы я в начале своего пути встретила тех специалистов, которые мне попались уже после многочисленных мытарств (к тому времени я уже принимала кучу гормональных препаратов, назначенных мне немецкими врачами), то нашла бы прямой путь выхода из ситуации.

— Полина, вы не принимаете участие в академических музыкальных конкурсах. Это ваша принципиальная позиция?

— Да, это моя принципиальная позиция. Было, правда, одно исключение, когда в 1995 году я поехала в Брюссель на конкурс имени королевы Елизаветы. Но не прошла далее первого тура. Я подробно об этом малоприятном событии написала в своей книге «Прощай, грусть». Ни для кого не секрет, что есть профессора, к которым в класс идут потому, что знают, что те помогут продвинуться в карьере. А есть педагоги, которые занимаются только музыкой, а не музыкальным бизнесом. Когда я попала к своему преподавателю Марине Вениаминовне Вольф, она была очень далека  от всех этих целей, связанных с конкурсами. Точно так же, как и мой педагог в аспирантуре Вера Васильевна Горностаева, хотя она и гениально готовила для таких профессиональных соревнований. Нужно понимать, что конкурсы вообще не для всех, потому что в музыке, так же как и в жизни, существует огромное многообразие человеческих типажей, психотипов музыкантов. Например, есть те, которые сродни спортсменам, — им важно сыграть быстрее, громче, прыгнуть дальше в октавах и других фортепианных техниках… От этого они испытывают драйв, азарт! А есть люди, для психики которых даже один конкурс может быть просто губительным и погрузит его в бесконечную депрессию, нанеся психологическую травму на всю жизнь.

Поэтому нужно понимать, какая психофизика у ребенка, подростка. Второй вопрос — подбор подходящего репертуара для конкурса, который будет соответствовать его внутреннему темпераменту и предрасположенности к той или иной музыке. Музыканту, который хорошо чувствует Шопена, не нужно ехать, к примеру, на Рахманиновский конкурс. Конечно, есть исполнители, которые являются универсалами в хорошем смысле слова, способные одинаково хорошо, без потерь качества и стилистически верно играть произведения абсолютно разных композиторов, но их очень мало. Конечно, по большому счету, конкурсы — это ресурс, с помощью которого о музыканте может узнать большое количество людей, это способ продвижения. Тем более что сейчас есть множество онлайн-трансляций, где помимо зрителей, которые сидят в зале и слушают отборочные туры, есть и те, кто в разных точках мира сидит у экранов. Поэтому, даже не получив медали на каком-то топовом конкурсе, можно хорошо о себе заявить.

— Среди сольных исполнителей женщин очень мало, по пальцам можно перечесть, хотя дело тут вряд ли в степени одаренности по гендерному признаку. Почему так происходит: это мужской мир, и женщинам там не место? Или женщины сами выбирают другой путь после того, как закончили консерваторию? Ведь в музыкальные вузы (после музыкальной школы и училища) всегда поступает больше девушек.

— Потому что в свое время мамы отвели их в музыкальную школу, так как хотели, чтобы дочери получили достойное образование, имели отношение к искусству, приобрели хорошие манеры. Девочки всегда старательнее, им врожденное чувство ответственности не дает бросить учебу и стимулирует идти до конца. Точно так же, как впоследствии не дает отодвинуть интересы своей семьи и детей в пользу своей карьеры. Мужчины свои личные задачи ставят выше, а женщина, как правило, живет обязательствами по отношению к близким ей людям. И путь артиста — это путь одиночки. Приходится выбирать между ролью матери-кукушки, которая наплевала на своих чад, или оставлять карьеру, потому что нет времени заниматься на инструменте, а для музыканта важно постоянно находиться в профессиональной форме. Также нельзя недооценивать физические и психические нагрузки исполнителя, перелеты, недосып, репетиции — все это достаточно серьезные энергетические затраты, не каждая женщина способна их выдержать. Поэтому до верхнего профессионального уровня, где возможно конкурировать с мужчинами, добирается не каждая, а только те, кто чем-то пожертвовал в этой жизни. И эта дилемма стоит перед всеми женщинами-музыкантами.

— В каком амплуа музыканта вы себя ощущаете? Сольный исполнитель, исполнитель камерной музыки, педагог, концертмейстер? Именно такие специальности указываются в дипломе при выпуске из консерватории.

— Преподаю я не на постоянной основе, а в режиме мастер-класса, потому что, зная себя и мое отношение к делу, не могу этим заниматься без полной отдачи сил и времени. При моих немногочисленных уроках с учениками могу сказать, что часто получаю отзывы, что на моих занятиях ребята получают большое количество важной информации, которая хорошо профессионально и музыкально продвигает их в будущем. Ну а если бы я занималась всем этим в регулярном режиме, тогда пришлось бы оставить все остальные направления моей деятельности. Что касается моих внутренних ощущений, то, конечно, я чувствую себя сольным исполнителем. Но очень люблю камерную музыку, хотя там немного ниже ответственность, а также необходимо идти на множество компромиссов. Камерная музыка для меня — это как роскошь, которую я могу себе позволить время от времени, особенно с теми людьми, с которыми я больше всего люблю играть. С некоторыми из них даже репетировать не нужно, просто садимся и исполняем. И играть с музыкантами такого уровня дарования и профессионализма действительно для меня огромное наслаждение.

— Кто такие вундеркинды? Не искусственно ли созданное понятие?

— В 90 процентах случаев — это чистый маркетинг и амбиции родителей. Нужно понимать, что по-настоящему гениальных детей очень мало. Остальные — это уже проявление родительского честолюбия. И мне кажется, что умение отличать зерна от плевел — задача далеко не из простых. Конечно же, всех тех, кто за счет своих детей хочет удовлетворить свои амбиции, мне хочется прибить. Когда я однажды беседовала на эту тему с директором Центральной музыкальной школы, он рассказывал, скольких талантливых детей погубили такие мамы и папы. В 8-12 лет — это сверкающие способностями чудесные ребята, а в 14 — уже психически больные люди.

— Как удалось вам пережить такую же психологическую травму, но не отвернуться от занятия музыкой?

— Я даже не знаю, как ответить на этот вопрос. Я скорее исключение из правил, как мне кажется. Очень многие люди на моем месте, наверное, сломались бы, сошли с ума и закончили заниматься музыкой. И все же пример моего жизненного опыта вселяет какую-то надежду.

Оксана ГАЙГЕРОВА, специально для «Новой Сибири»

Фото Евгения ЕВТЮХОВА и Юлии САФИХАНОВОЙ

На открытии фестиваля “Серебряная лира” в Большом зале филармонии выступила пианистка Полина Осетинская, исполнившая вместе с Молодежным камерным оркестром под управлением Ярослава Забояркина ре-минорные концерты Баха и Моцарта. После выступления Полина Осетинская рассказала “Российской газете” о том, какие сложности испытывают музыканты в новом сезоне, как помочь музыкантам в это время, а также о том, собирается ли она написать новую книгу. Планировать график выступлений в нынешней ситуации крайне трудно. Фото: Евгений Евтюхов

Вы только что приняли участие офлайн на фестивале камерного исполнительства “Серебряная лира” в Петербургской филармонии, где прежде собирались аншлаговые залы, к слову, заполняемые публикой из рискованной зоны 65+. Чем вам интересен этот фестиваль?

читайте также–> –> Пласидо Доминго: Нет ни одной партии, об исполнении которой я бы пожалел

Полина Осетинская: Мне очень близко то, что “Серебряная лира” предоставляет свободу высказывания, не ограничивая пожелания и возможности. Камерная музыка требует исполнителей очень высокого класса. В ней не получится спрятаться в оркестре, как бывает на больших концертах.

Если бы не пандемия, вы бы сыграли на этом фестивале и со скрипачом Максимом Венгеровым. Ваш исполнительский союз стал одним из примечательных событий последнего времени.

Полина Осетинская: Наш дуэт возник как эксперимент, а потом оказалось, что нам нравится играть вместе. Мы совпадаем в темпераментах, каждый привносит в дуэт что-то свое. К сожалению, сейчас отменились наши концерты в Эльбской филармонии, в Золотом зале Музикферайна в Вене, концерты в Италии. Но надеюсь, что все восстановится, мы вернемся на сцены мира.

В Европе концертно-театральная жизнь блокирована на месяц. В России залы пока держатся. Какая, на ваш взгляд, стратегия правильнее?

Полина Осетинская: Сложный вопрос. С одной стороны, продолжается заражение, с другой – останавливать жизнь депрессивно и не менее опасно. Музыкантам нужно придумывать альтернативные способы заработка. Планировать график выступлений в такой ситуации крайне сложно. Только что был отложен до весны фестиваль Concordia в Казани, проект в Большом зале филармонии перенесли на декабрь. Ни в чем нельзя быть уверенным – нерадостная примета времени. Поэтому – не строить планы, ни о чем не загадывать, жить сегодняшним днем. Сейчас любой концерт воспринимаешь как роскошь.

Нерадостная примета времени: ни в чем нельзя быть уверенным. Остается жить сегодняшним днем, когда любой концерт воспринимаешь как роскошь…

Как сохранить музыкантскую общность в ситуации постоянного размыкания социальных связей?

Полина Осетинская: Вся музыкальная индустрия в этом году испытала потрясения. Я надеюсь, что рано или поздно все это закончится и жизнь вернется на круги своя. Но пока известна единственно возможная альтернатива – онлайн, позволяющий удерживать хоть какую-то связь. Разумеется, должны быть выстроены определенные рамки стратегического бизнес-планирования или финансового расчета. Музыканты-фрилансеры, не поддерживаемые госучреждениями, в буквальном смысле вынуждены искать пропитание, поскольку напрямую зависят от того, сколько концертов сыграют. Мне кажется, надо идти навстречу потребностям одной и желаниям другой стороны, если говорить о помощи – и музыкантам, которым надо выживать, и публике, которой это небезразлично. Надо посмотреть, как при благополучном стечении обстоятельств получится собирать публику на концертах онлайн, но не бесплатных, как во время первого карантина, когда подобные проекты наводнили интернет.

Сегодня как никогда востребованы услуги вашего Центра поддержки профессионального здоровья музыкантов, оказывающего психологическую поддержку. С какими вопросами к вам обращаются?

Полина Осетинская: Да, наши тренинги очень удачно проходят онлайн. С нами связывались люди из разных концов земного шара, в том числе из Израиля, Америки, из Чехии. Чаще всего обращаются с проблемами страха сцены, сценическим стрессом, выгоранием, больными руками.

А как в такое непростое время вы справляетесь с воспитанием собственных детей?

Полина Осетинская: Рассуждать о том, правильно ли были выбраны принципы воспитания детей, бессмысленно: только жизнь покажет, получится что-то у них или нет. Могу лишь сказать, что никто из них не высказал желания заниматься музыкой профессионально. Дочь занималась на арфе, но в этом году отказалась от занятий: у нее другие интересы. Сын играл на блок-флейте, сейчас играет на саксофоне. Но я не вижу у него особого рвения.

читайте также–> –> Денис Мацуев: Онлайн-концерты быстро приелись публике

Что вы думаете по поводу дистанционного обучения?

Полина Осетинская: Это абсолютное зло. Дети лишены социума, проводя все время перед экраном в вакууме. Кроме того, при дистанционном обучении у них есть возможность отвлекаться. Разумеется, она есть и в школе, но, сидя дома в наушниках, они могут себе позволить залезать в телефон, баловаться. Никакой интеграции в таком обучении нет. Я категорически против дистанционного образования и считаю, что его нужно, насколько возможно, избегать. Хотя в ситуации пандемии, когда ходить в школу опасно для всех членов семьи, наверно, это наименьшее из зол.

Книга “Прощай, грусть”, в которой вы рассказали столько откровенных историй из своего детства, юности, профессионального становления, взаимоотношений с отцом, стала в свое время бестселлером. Не собираетесь написать продолжение?

Полина Осетинская: Идея написать продолжение книги есть, я даже выбрала место, где можно над ней поработать.

Какую музыку вы слушаете в минуты отчаяния?

Полина Осетинская: Больше всего помогают Бах и Гендель: они поддерживают меня в самые сложные моменты.

В регионах Культура Музыка Классика Филиалы РГ Северо-Запад СЗФО Санкт-Петербург

17 марта в Литературном салоне Аллы Дехтяр (Чикаго) состоится творческий вечер пианистки Полины Осетинской.

Маленькая девочка в красивом платьице, виртуозно играющая на рояле, – такой запомнилась Полина Осетинская тем, кто видел ее на концертах, и миллионам телезрителей бывшего Советского Союза. Впервые она выступила в Вильнюсской консерватории в шесть лет. В одиннадцать состоялся ее сольный концерт в Большом зале Московской консерватории. Чудо-ребенок, вундеркинд – какое-то время она была невероятно популярна. Ее знали даже те, кто никогда не ходил на концерты классической музыки. Казалось, ее знала вся страна. Но сказка закончилась так же неожиданно, как началась. Девочка убежала от отца и в передаче А.Невзорова “600 секунд” впервые рассказала о себе всю правду. Правду, которую никто не знал… А потом настали будни. Девочка выросла, закончила Санкт-Петербургскую консерваторию и ассистентуру-стажировку в Московской консерватории в классе профессора В.Горностаевой, превратилась в тонкого, умного, серьезного музыканта. Сейчас она выступает с концертами, гастролирует по всему миру, участвует в музыкальных фестивалях, выпускает диски, а еще пишет замечательные эссе. Одно из них читайте в следующем номере нашей газеты. А сегодня будущая гостья Чикаго рассказывает о музыке, времени и о себе…

У вас – очень разнообразный репертуар: от Баха до Сильвестрова, от Бетховена до Десятникова. Обрисуйте, пожалуйста, круг самых дорогих вам композиторов.

Вот вы, пожалуй, и обрисовали этот круг. Еще Гендель, Равель, Дауленд, Малер, Прокофьев, Дебюсси, Шостакович, Пелецис. Их много, и все любимы по-своему. Нелюбимых я стараюсь не играть, благо, такая возможность у меня есть.

Есть ли композиторы, произведения которых вы не станете исполнять?

Конечно. Это музыка, которая мне активно не нравится. Обойдемся без примеров.

Что дает вам исполнение современной музыки? Общаетесь ли вы с композиторами, чью музыку исполняете?

Исполнитель должен всегда находиться в контексте. Никогда не было такого, чтобы игралось только то, что написано двести лет назад. Вплоть до XX века музыканты играли то, что было написано сейчас и для них. И только в XX веке ситуация изменилась, что привело к стагнации и мозгов, и профессиональных возможностей музыкантов. Музыка должна жить после рождения, исполняться, находить своих поклонников…

Кого из композиторов вашего поколения вы можете выделить? Кто станет Прокофьевым и Шостаковичем XXIвека?

Думаю, Леонид Десятников, вслед за Шнитке, станет эмблемой нашего времени. Конечно, Валентин Сильвестров. Возможно, Павел Карманов или Сергей Невский, или Владимир Раннев, или еще кто-то, о ком я не знаю. Их много. Одни пишут знаки, другие – ноты, третьи – звуки, четвертые – графики, пятые – мелодии…

Вы не думаете, что современная музыка не вызывает интереса у публики? Или это мне так кажется, глядя на публику в Чикаго, которая, на мой взгляд, очень консервативна.

Она везде консервативна. Именно поэтому включать одно-два произведения современной музыки надо в любую программу, чтобы создавать между старой и новой музыкой диалог, контекст, развитие.

Как вы относитесь к джазу? Вы не пробовали соединить в одном концерте классические произведения с джазовыми и пригласить сыграть с вами джазовых музыкантов?

Нет, я люблю делать дело хорошо, а для того, чтобы хорошо играть джаз, нужно учиться, нужно много времени. У меня этого времени нет.

Кто из великих пианистов прошлого оказал на вас наибольшее влияние?

Микеланджели, Гульд, Рихтер, Гофман, Юдина.

У вас есть образец для подражания, непререкаемый авторитет, кумир в сегодняшнем фортепианном искусстве?

Непререкаемых – нет, я не могу слепо поклоняться и фанатично принимать, я – профессионал и все вижу по своему. Соколов, безусловно. Плетнев – интересно. Любимов.

В Ленинграде вы учились у Марины Вольф, а в Московской консерватории – в классе Веры Горностаевой. Что дало вам общение с этими замечательными музыкантами?

С Мариной Вольф – жизнь (она мне ее вернула) и профессию. С Горностаевой – интеллектуальный подход и умение видеть музыку с разных точек: живописной, архитектурной, математической. Наследство Нейгауза.

Про вас говорят, что вы – принципиальный противник конкурсов. Но ведь конкурсы дают путевку в жизнь молодым музыкантам. Как пробиться без них? У вас есть другой рецепт?

У меня вообще нет рецептов. Для большинства конкурсы – возможность заявить о себе. Конечно, ею пренебрегать не стоит. Но у меня другой путь.

Рихтер говорил, что он очень не любил выбирать рояли. А для вас имеет значение инструмент, на котором вы играете?

Безусловно. Для вас имеет значение, на какой машине вы ездите? Есть машина, которая везет вас сама, настолько она комфортна и безупречна, вам надо ей только не мешать. А есть старые ржавые “Жигули”, без гидроусилителя, автомата и подвески. На чем вы быстрее доедете? Я люблю роскошные рояли, которые все могут сами. Но играть часто приходится “на дровах”. Тут-то и помогают профессионализм и навыки.

Приоткройте, пожалуйста, двери вашей творческой лаборатории. Как вы выбираете произведения? Сколько часов в день вы репетируете?

Для начала я во что-нибудь влюбляюсь – в произведение, композитора или идею. Дальше начинаю делать ”research” – куда это может меня привести, какие связи, какие мысли возникают… Эту часть, сочинение программы, я люблю больше всего. Иногда получаются шедевры, какой была программа “Италомания-20”. Иногда – просто забавные сопоставления.

Вы не записываете часы, которые “задолжали” инструменту, как это делал Рихтер?

Нет. Боюсь, в этом случае моей жизни на отдачу долгов явно бы не хватило.

Вы часто можете сказать: “Да, я сегодня довольна собой”? Часто ли вы испытываете удовлетворение от собственной игры? Я имею в виду не внешние атрибуты успеха, а именно ваше внутреннее состояние.

Крайне редко. Не больше десяти-пятнадцати концертов за всю жизнь.

Вы выступаете в разных странах, перед разной публикой. Как на вас влияет зритель? В каких странах вам легче выступать? В каких странах самый требовательный слушатель?

Конечно, мы зависимы от эмоциональной слушательской отдачи. Есть контакт – будет играться легко и вдохновенно, нет – захочется побыстрее отыграть. В любой стране возможны оба варианта.

У вас есть любимый зал, где вы любите выступать больше всего?

Да нет, пожалуй. Череда любимых есть, да, а какого-то одного – нет.

Сегодня для некоторых музыкантов концерт превращается в обыкновенную рутину. Вы по-прежнему получаете удовольствие от музицирования?

Я не так часто играю, чтобы это превратилось для меня в обязаловку, стараюсь избегать конвейера, он для меня губителен, как и для любого стоящего музыканта, думаю. А уж камерное исполнительство – это вообще чистое наслаждение.

Моя мама (педагог по фортепиано) слушала вас в Минске, когда вам было шесть лет. Маленькая девочка в красивом платьице, играющая Экспромт-фантазию Шопена. Уже тогда за кулисами в филармонии все говорили о том, как ваш отец губит вас, как он непрофессионален… Что – никто ничего не мог сделать?! А что случилось бы с вами, если бы не ваше бегство в Питер?

История не терпит сослагательного наклонения. Не стоит гадать. Думаю, что ничего хорошего.

После всего, что с вами случилось, логичней было бы вообще возненавидеть фортепиано, музыку и все, с ней связанное. У вас не было такого чувства? И если да, то что заставило вас остаться в музыке?

Марина Вольф.

Книга “Прощай, грусть” очень страшная и очень грустная. Почему через много лет вы решили рассказать правду о себе?

Друзья уговорили, издатель сделал предложение, от которого “она не смогла отказаться”.

Вам стало легче, когда вы написали эту книгу?

Гораздо. Она стала для меня абсолютной самотерапией, это признал даже мой психоаналитик.

У вас подрастают дети. Они занимаются музыкой?

Старшая (дочь мужа от первого брака) занимается. Я не вмешиваюсь, иногда помогаю чуть-чуть. Ей нравится. Младшие балакают и тренькают шутки ради. Пока, во всяком случае.

Что главное, на ваш взгляд, в воспитании детей?

Любовь и терпение. Очень много терпения и очень много любви.

Что происходит сегодня в культурной жизни России? Буду рад, если вы подскажите новые имена, которых необходимо услышать, расскажете о тенденциях и направлениях в музыке и шире – в культуре.

Ой, это сложно и долго. Из пианистов молодых – Лифшиц, Коробейников, Володин, Генюшас. Из дирижеров – Теодор Курентзис, Феликс Коробов, Владимир Юровский – правда, он уже европейское достояние, так же как и оперный режиссер Дмитрий Черняков. Замечательные поэты – Мария Степанова и Елена Фанайлова. Композиторы Мартынов, Батагов, Пелецис.

Как вы относитесь к последним событиям в общественной жизни России: принятию Думой “антимагнитского” закона, обсуждению вопроса о переименовании Волгограда в Сталинград? Зачем власть откровенно провоцирует своих граждан? И что делать в этом отношении мастерам культуры? Как говорили раньше, “с кем вы, мастера культуры”? С кем вы, Полина Осетинская?

Прежде всего – я сама по себе, не люблю ходить строем. Принятие закона, так же как и многие другие инициативы нашей думы, вызывают у меня ужас и омерзение. Но ситуация сейчас близка к гражданской войне – ведь даже на территории русскоязычного фейсбука тот, кто не с нами, тот против нас. И это еще страшнее и грустнее, чем все то, что происходит на нашей Родине, население которой не помнит и не хочет помнить ничего из нашей истории, и главное, что история имеет обыкновение повторяться.

На сайте www.russlife.ruвы публикуете замечательные эссе. Вы помните, что послужило отправной точкой для вас? Почему вы решили взяться за перо?

Конечно. Шура Тимофеевский (Александр Тимофеевский – литературовед, шеф-редактор интернет-журнала “Русская жизнь”. – Прим. автора.) сделал мне предложение, от которого я не смогла отказаться. Главное ведь в подобном предложении – что? Как оно сделано и от кого исходит. Тщеславие – отправная точка, что еще?

Вы не только пишете сами. Вы – активно читаете других. Какая книга лежит у вас на книжном столе?

Сейчас – “Знаменитые русские о Венеции” Кара-Мурзы, “Жизнь и судьба” Гроссмана, “Гений места” Вайля.

Вы выступаете в Литературном салоне Аллы Дехтяр. Будет ли это просто концерт или (название обязывает!) вы будете не только играть, но и рассказывать о себе, может быть, прочтете какие-нибудь из ваших эссе. Как вы собираетесь построить свой вечер?

Сыграю программу, а там – как пойдет, как говаривал мой коллега. Читать эссе? Это как-то странно. А вот поговорить, ответить на вопросы, подписать книгу или диски – с удовольствием.

Вы первый раз в Чикаго? Если нет, то, может быть, у вас есть любимое место в городе. Если да, то будет ли у вас время посмотреть Чикаго? Куда бы вы хотели сходить в первую очередь?

Первый, поэтому не знаю, куда идти. Но думаю, ко второму приезду у меня уже будет план!

Удачи, и до встречи в Чикаго!

Спасибо, до встречи!

Nota bene!Встреча с Полиной Осетинской состоится 17 марта 2013 года в 6 часов вечера в Центре “Круг” (http://www.krug4us.com/about) по адресу: 718 South Milwaukee, Wheeling, IL60090. Справки по телефону – 773-275-0934. Цена билета – $25.

Фотографии к статье:

Фото 1-5. Полина Осетинская

Олег Осетинский, телеинтервью. Из биографии: Осетинский Олег Евгеньевич Родился 9 июля 1937 года в городе Свердловске, ныне Екатеринбург. Писатель. В сентябре 1953 г. был исключен из школы за выпуск “антисоветской” стенной газеты “Одесские новости”. В 1961 году окончил Высшие сценарно-режиссерские курсы. Самый молодой кинодраматург СССР, у которого был куплен полнометражный сценарий “Катера”. Автор 12-ти художественных фильмов, в том числе кинотрилогии “СУДЬБЫ РОССИИ”. В 1993 г. снял как режиссер и оператор любительской камерой знаменитую ленту о Венедикте Ерофееве “ВЕНЯ или КАК ПЬЮТ и УМИРАЮТ В РОССИИ”. В 1994 г. снимал в Санкт-Петербурге популярные ТВ-передачи “РУССКАЯ АЗБУКА” и “РУССКИЙ РЕМБО”. В 1999 г. дважды признавался читателями лучшим журналистом месяца в Москве. Автор скандальной книги о кино “РОМАН в РОЛАН” и киноповести “Чудное мгновенье” – о Пушкине и Глинке. Сотрудничает в журналах и газетах всего мира. Музыкальный педагог, ученица которого Полина Осетинская побила все рекорды музыкальной техники за всю историю музыки вообще. Был женат семь раз (имеет трех дочерей и сына). Много лет жил и работал в Европе и Америке. Роли в кино 1983 Чучело (эпизод) Сценарист 1984-1986 Михайло Ломоносов 1984 Двое в песках 1981 Сто радостей, или Книга великих открытий 1980 Гонцы спешат 1979 Взлет 1975 Звезда пленительного счастья 1972 Бой с тенью 1969 Встреча у старой мечети “Дубль-стресс” – система воспитания Олега Осетинского (Телепередача откровенно “скандальная”, но кое-что показывает вполне откровенно) О дочери, Полине Осетинской (интервью в Нью-Йорке с Виктором Топаллером) – Моя дочь не гений. Она не вундеркинд. Она не гений. Она плод долгой, тщательной, кропотливой, гениальной работы великого педагога и музыканта Олега Евгеньевича Осетинского. Она родилась без слуха. Она путала терцию с квинтой, но это бывает. Она путала терцию с квартой! И она ненавидела музыку и ненавидит ее сейчас – честно признается. Это был просто мой опыт. У меня сломана была рука в третьем классе, я мечтал стать музыкантом, пианистом. Вот видите, костная мозоль – все, кончено! И я сказал себе: “У меня когда-нибудь будет великая… дочь будет великой пианисткой”. Именно дочь. Первая дочка Наташа в 10 лет поступила в ЦМШ и блестяще играла, была уже звездой в 10 лет. Потом у меня ее отняла мать, и все было кончено. Она кончилась совершенно, не стала пианисткой. Потом Маша, вторая дочка, мне ее не дали. А третья дочь, Полина, была звездой настоящей.

09.07.2018 14:13 23828 image16-летняя поэтесса из Ялты Ника Турбина и председатель Советского детского фонда имени Ленина, писатель Альберт Лиханов. 1989 г. РИА Новости image Статья по теме Пять пьес в шесть лет. Вундеркинд из Ставрополя уже сам пишет музыку

Сергей Резниченко

Вундеркинд Сергей Резниченко никогда не был первоклассником, благодаря хорошей дошкольной подготовке его сразу зачислили во второй класс. Третий класс он тоже «перепрыгнул», а в 15 лет уже учился в университете. Из-за внушительной разницы в возрасте отношения Сережи с одноклассниками складывались плохо, а на общение со сверстниками у мальчика просто не хватало времени, ведь он с утра до ночи сидел за учебниками под жестким контролем матери, которая, по слухам, состояла в секте. Говорят, что в воспитании ребенка женщина использовала метод «кнута и пряника», но в реальности наказывали Резниченко гораздо чаще, чем хвалили за успехи. Соседи и учителя не раз замечали побои на теле ребенка. Даже внушительные достижения Сергея на школьных олимпиадах и в программе «Самый умный» не впечатляли его мать. На известное ток-шоу Тины Канделаки он всегда приезжал один, без какой-либо поддержки в лице родных.

image
Сергей Резниченко. Фото: Кадр youtube.com

Учеба в университете заставила молодого человека уехать из родного дома и поселится в общежитии. С одной стороны, ему нравилась свобода от родительского контроля, с другой — парню по-прежнему было сложно найти общий язык с одногруппниками. Самостоятельную жизнь омрачало еще одно обстоятельство — Сергею постоянно не хватало денег. Он хотел устроиться на работу, но ни одна серьезная фирма не готова была связываться с несовершеннолетним сотрудником. А подработка официантом или дворником казалась Резниченко унизительной. Студент попытался найти выход из положения с помощью виртуальной биржи, сначала у него действительно получилось немного заработать, однако после небольшой победы последовало поражение, потом еще одно и еще… в итоге парень погряз в долгах. Он полностью махнул на учебу рукой и оказался на грани отчисления из университета. Единственной отдушиной в сложившейся непростой ситуации для Сергея была его влюбленность в давнюю знакомую — петербурженку Наташу. С девушкой он познакомился на передаче «Самый умный» и несколько лет вынашивал идею поездки в северную столицу, чтобы снова с ней встретиться, копил деньги. Когда необходимая сумма наконец-то появилась и молодой человек сообщил о своем желании приехать, выяснилось, что Наталья выходит замуж за другого. Возможно, эта новость стала последней каплей. Хотя, конечно, сложно понять, что происходило в голове Резниченко — его немногочисленные знакомые говорили, что он был сектантом и увлекался учениями о реинкарнации души. 1-го февраля Сергей выпрыгнул из окна институтского общежития, написав в своей предсмертной записке «Я Бог».

Сестры Князевы

Сестры-погодки Анжела и Диана Князевы с самого детства опережали сверстников по уровню развития. Придя в первый класс, девочки отлично знали школьную программу на несколько лет вперед, поэтому уже через год, по решению директора, были зачислены в ряды пятиклассников. А в девять учились в 10-м классе рядом с шестнадцатилетними сверстниками!

image Статья по теме Дети – «миракулумы». 7 историй вундеркиндов, прославившихся на весь мир Своими невероятными способностями сестры обязаны родителям. Юлия и Евгений Князевы придерживались принципа развивающего дискомфорта, считая, что ребенку должно быть в меру неудобно. Анжела и Диана преимущественно занимались по университетским учебникам, лишь иногда дополняя их книгами из школьной программы.

Свое первое высшее образование, экономическое, девочки получили в 14 и 13 лет, потратив на изучение программы три года вместо положенных пяти. Через каких-то двенадцать месяцев у Князевых кроме экономического диплома появился и юридический. Казалось бы, работодатели должны были мечтать о таких сотрудниках, но эффект был обратным. Какая компания наймет детей, пусть даже с двумя высшими образованиями?

Аналогичные проблемы вундеркинды испытывали и в общении: для сверстников они были слишком умными, для тех, кто постарше — «зубрилками» и «занудами». Кроме того, по словам очевидцев, Князевы сами не стремились с кем-либо дружить, им хватало общества друг друга и родителей, которые приводили Анжелу и Диану на занятия за ручку. Одни жалели сестер, считая, что у девочек просто забрали детство. Другие с большим скепсисом относились к их одаренности — якобы единственный навык, которым они реально владели, было запоминание большого объема информации, о какой-либо аналитике или собственном мнении в их случае говорить не приходилось.

Не добившись никакого признания на родине, Князевы с родителями уехали в Штаты, где получили третье по счету образование — на этот раз в Стэндфордском университете. Однако новый диплом кардинально ничего не изменил. К преподаванию их допустили только после получения докторской степени — какое-то время девушки читали лекции студентам. С 2014 года Князевы работают в Комиссии по ценным бумагам и биржам США на должности старших экономистов.

Ника Турбина

image
Ника Турбина. Фото: РИА Новости

Её стихами восхищался Евгений Евтушенко. Он же написал предисловие к дебютному сборнику тогда еще 9-летней девочки под названием «Черновик». Но стихи в жизни Турбиной появились значительно раньше. Уже в 4 года малышка диктовала свои первые произведения родным. Особенно верила в талант Ники бабушка. Однажды, встретив Юлиана Семенова, она познакомила его с творчеством внучки. Писателю понравилось то, что делала девочка, и он помог с публикацией в прессе. После этого слава о юной поэтессе разлетелась по Советскому Союзу. Евгений Евтушенко, взявший Нику под опеку, организовывал ей концерты по всей стране. Несмотря на железный занавес, Турбиной даже удалось побывать с гастролями за границей. Она вызывала неподдельный интерес у взрослых и встречалась с Иосифом Бродским. Однако чем старше Ника становилась, тем меньший ажиотаж вызывала ее персона. Масла в огонь добавило новое замужество матери, в котором женщина родила вторую дочь. На этом фоне и без того непростое психоэмоциональное состояние ребенка значительно ухудшилось.

image Статья по теме Фантазеры и выдумщики. Изобретения подростков, существенно изменившие мир В 16 лет подросток уехала в Швейцарию якобы на учебу, а на самом деле лечиться в психиатрической клинике. Там Турбина вступила в связь со своим психиатром, который был старше ее на 60 лет. Эти отношения длились недолго, и спустя год поэтесса вернулась в Россию в таком же разбитом состоянии, как и уезжала. Конечно, прессу мало интересовало ее творчество, куда более пристальное внимание приковывал к себе роман девушки с престарелым любовником и темные стороны ее личности — к тому времени Нику уличили в алкоголизме.

Турбина пыталась начать нормальную жизнь, она была принята в Московский институт культуры на курс Алёны Галич, с которой они очень сильно сдружились. Галич пыталась спасти свою ученицу от пьянства, но в конце первого года обучения та сорвалась и снова начала пить. Подобные срывы происходили в ее жизни с завидной регулярностью. Видимо, алкоголь стал главной причиной того, что в 1997 году Ника случайно выпала из окна 5-го этажа. По версии самой девушки она просто вытряхивала ковер и не удержалась. От смерти ее спасло дерево, за которое она зацепилась. Спустя каких-то 5 лет ситуация повторилась. 11 мая 2002 года девушка разбилась при невыясненных обстоятельствах, находясь в квартире своих друзей. Есть версия, что она просто потеряла координацию, когда сидела на подоконнике, свесив вниз ноги, — это была ее любимая поза. На похоронах когда-то всемирно известного вундеркинда присутствовали только два человека: ее сожитель и подруга Алена Галич.

Следующий материал

Самое интересное в соцсетях

Оцените статью
Рейтинг автора
4,8
Материал подготовил
Егор Новиков
Наш эксперт
Написано статей
127
А как считаете Вы?
Напишите в комментариях, что вы думаете – согласны
ли со статьей или есть что добавить?
Добавить комментарий