Фекла Толстая Биография Личная Жизнь Дети

image

Фекла Толстая – яркая и неординарная актриса, успешная телеведущая, родилась 27.02.1971 года, москвичка.

Феклой девочку прозвал еще в раннем детстве отец за румяные круглые щечки. Прозвище подхватили родственники, и хотя в свидетельство о рождении вписано имя Анна, актрису сейчас так почти никто не называет. Она сама полюбила имя Фекла настолько, что выбрала его в качестве псевдонима для творческой деятельности.

Актриса утверждает, что является праправнучкой великого писателя Льва Толстого. Так это или нет, мы не знаем достоверно. Возможно, это лишь пиар ход. Но вот то, что ее родители – профессиональные филологи – известно наверняка. Именно они привили девочке еще в раннем возрасте любовь к родному языку и качественной литературе.

Но в основном ее воспитывала бабушка, которая категорически была против детских дошкольных учреждений. Это неудивительно – ее саму вырастили сразу три гувернантки, поэтому она была твердо убеждена, что за ребенком нужен глаз да глаз. Ее второй парой глаз иногда была интеллигентная старушка из Лаврушинского переулка, к которой приводили на дом детей.

Училась она великолепно. Прекрасная память и выраженные творческие способности помогали ей легко добывать отличные отметки, даже не просиживая часами над домашними заданиями. Свободное время она проводила во дворе, озорничая с соседскими мальчишками. Частенько проказничала Фекла и в школе, за что по поведению имела сплошные тройки и замечания.

Ей постоянно ставили в пример старшую сестру – круглую отличницу, активистку и гордость школы, получившую за свои старания золотую медаль. Но Фекле это было совершенно неинтересно, и когда выяснилось, что она такой награды не получит, она абсолютно не расстроилась. Кстати, по настоянию бабушки она училась и в музыкальной школе параллельно с общеобразовательной, .

То, что девочки продолжат родительскую династию, даже не обсуждалось. По примеру старшей сестры Фекла подала документы на филфак МГУ и с легкостью сдала вступительные экзамены. За время учебы она овладела несколькими европейскими языками и окончательно разочаровалась в этой профессии.

После получения диплома ей предложили место преподавателя в одном из университетов, и Фекла начала учить студентов польскому языку. Но она постоянно чувствовала внутреннюю неудовлетворенность тем, что делает. Тем более, что еще в школьные годы она снялась в небольшом эпизоде в кино и запомнила ощущение работы перед камерами.

К счастью, ее поддержала близкая подруга, актриса Анна Ардова. Она предложила Фекле попробовать поступить в театральное. Эта идея показалась девушке несколько экстравагантной, но она все же решилась попробовать. Но выбрала она для себя не актерский, а режиссерский факультет и попала на курс к знаменитому Марку Захарову.

Сразу же после окончания ГИТИСа ее приняли на работу на канал «Культура». Феклу это очень порадовало, так как ей совершенно неинтересна была политика. Другое дело – знакомиться и общаться с талантливыми людьми и знакомить людей с интересными культурными событиями.

Она вела сразу несколько интересных программ, гостями которых были знаменитые актеры и музыканты. Ей самой особенно нравился проект «Все и сразу», который раскрывал секреты и освещал события мировой развлекательной индустрии. Его она вела совместно с Петром Фадеевым.

Регулярно принимает участие Фекла и в радиопрограммах. А с 2014 года активно занимается развитием интернет-чтения. Стала инициатором и куратором проектов живого чтения, в рамках которого уже прозвучали такие произведения как «Мастер и Маргарита», «Анна Каренина», чеховские рассказы.

Фекла считает, что ее миссия – нести культуру в массы. Она старается сделать классику живой, а информацию о культурных событиях – максимально интересной. Когда она общается со знаменитостями, то ставит своей целью в первую очередь раскрыть их личностные качества, показать какими людьми они являются. В настоящее время она продолжает работать на канале «Культура».

О своей личной жизни она никогда никому и ничего не рассказывает, искренне считая, что даже у публичного человека должно оставаться частное пространство, в которое нет доступа журналистам. Достоверно известно лишь то, что у нее не было официально заключенных браков и нет детей.

Любимое место отдыха у Феклы – их дача в родовом поместье Толстых в Ясной Поляне. Большой удачей она считает, когда может выбраться туда на несколько дней подряд, но такое случается крайне редко. Тогда она с удовольствием читает, пишет заметки или статьи и даже выпиливает лобзиком.

Фекла ввела прекрасную семейную традицию – съезд Толстых. В эти дни в усадьбу съезжается множество потомков великого писателя, которые сейчас разбросаны по всему миру. Они общаются, устраивают литературные чтения и прекрасно проводят вместе время.

(4 4,00 из 5) Загрузка…

Источник: https://star-magazine.ru/fekla-tolstaya/

Поделиться:

image Филология

Музей-усадьба Л.Н. Толстого «Ясная Поляна»

Год выхода: 2014 Страна производитель: Россия Длительность: 88 мин. Жанр: Гуманитарные Лекторы: Фёкла Толстая

В 2014 году музей-усадьба «Ясная Поляна» запустил цикл лекций «Толстые о Толстых», в котором потомки Льва Толстого рассказали истории жизни своих предков — близких писателя, каждый из которых был яркой индивидуальностью.

В этой лекции Фекла Толстая, праправнучка Льва Толстого по линии сына Ильи Львовича, расскажет о сестре своего прадеда — младшей дочери писателя Александре. В последние годы жизни отца она стала его главной единомышленницей, а в 26 лет — душеприказчицей Толстого. Именно ей писатель завещал «все без исключения мною написанное по день моей смерти».

Александра Толстая стала героиней фильма, который сняла Фекла Толстая в 2011 году в рамках восьмисерийного проекта «Толстые».

Это образ жизни 80 миллионов россиян. Во дворце и в шалаше на шести сотках люди умудряются быть умиротворенно счастливыми, проживая лето как лучшую часть своей жизни.

Они не мыслят свои выходные без дачи.

Одни всерьез “живут огородом”.

Другие, хоть и стали средним классом, но хруст огурчика со своей грядки для них сильнее “Фауста” Гете.

Третьи обзаводятся загородным домом с газоном, как ударники капиталистического труда.

Четвертые – потомственная интеллигенция – на заросших огромными деревьями участках продолжают спорить о смысле бытия, писать там книги, освоив ремесло выживания и жизни на даче.

Загородные люди – особое племя, которое отличается трудолюбием и доброжелательностью, не меньшим любопытством к смене времен года, чем к курсу Кремля и рубля.

Давайте съездим в гости на дачу.

Этот дом в Вербилках, дачу Толстых, выстроенный в стиле “а ля рус”, знают все. Судьбы у домов, как и у хозяев, бывают счастливые и драматические, одним словом, разные. Мы не раз переговаривались с Феклой Толстой, что хорошо бы встретиться на даче, построенной еще ее дедом реэмигрантом Ильей Ильичом Толстым. Как никак – соседи: 10 километров при нынешней жизни – не расстояние.

Наконец-то это случилось. Светским легендам о том, что известная телерадиоведущая, освоившая “звездный лед”, легко обращается с топором, колуном и рубанком, не очень-то верилось. Оказалось настоящей правдой. С историей.

Что первое делают люди, когда к ним приезжают гости? Правильно, сажают за стол. На этот раз были практически все свои, все слависты: мама Светлана Михайловна, ее подруга Мария Григорьевна, сестра Марфа, Алексей, профессор из Сербии, потомственный друг семьи еще со времен жизни Ильи Ильича в Белграде. И беспородная собака Муха, подброшенная щенком еще в прошлом году, как-то сильно облагородившаяся в приличном семействе.

Мы обмениваемся местными новостями, сокрушаемся, что мельчает былая слава фарфорового завода, основанного еще в XVIII веке обрусевшим английским купцом ГАРДНЕРОМ… Но все равно – кузнецовское “белье”, т.е. еще не расписанная посуда- по-прежнему лучший сувенир.

“А знаете ли вы, что аптека в Вербилках построена по проекту самого Корбюзье? Марфа только что в книжке по истории завода вычитала”.

Предупреждаем друг друга, что надо быть внимательными у местного банкомата, куда запыхавшиеся дачники подъезжают снять срочно денег на стройматериалы. Банкомат еще тех времен медленно выдает минимальную сумму, а рядом возникают молодые люди, которые якобы бодро говорят по мобильнику, на самом деле работает видеокамера.

Чай пьем, естественно, из хорошо знакомых вербилковских кружек.

– У нас, можно сказать, историческая посуда, дедушка очень любил вербилковский фарфор покупать, – говорит Марфа.

– Я тоже коробками покупаю, – добавляет Фекла.

– И что дальше происходит?

– Дальше в доме скапливается огромное количество. Можно накормить полк солдат из этой посуды.

– А вы еще не начали расписывать?

– Нет, ничего не расписываю, но хотела бы. В Италии, в Тоскане, можно увидеть, как в подвальчике сидит человек и расписывает простые грубые чашки чудесным тосканским узором. Это огромное удовольствие. Удовольствие на них смотреть. Я давно придумала бизнес для соседнего отеля “Гелиопарк”.

Фекла начинает убедительно излагать идею: в субботу новому заезду предлагаются белые тарелки, тут же учат элементарной росписи, можно купить заготовки и нанести свои каляки-маляки или воспользоваться трафаретом. А к концу вечера те, которые особенно понравились, можно отдать на глазурование. Можно с детьми сделать сервиз своими руками…

Идея Феклы мне нравится, начинаю развивать ее:

– Я подсмотрела в одном музее народного творчества, где среди прочего собраны самогонные аппараты: гончар начинает делать фляжку с вашими инициалами, потом в конце экскурсии вам нальют туда свежего напитка. А кстати, у вас есть на даче самогонный аппарат?

– Осенью, надеюсь, появится. Мы сейчас как раз с друзьями подбираем по Интернету, – отвечает Фекла.

– Что гнать будем? Из чего? – дружно вступает в разговор все застолье.

– Во-первых, из яблок.

– Но их у нас нет.

– У соседей есть, в следующем году будут, – парирует Фекла. – Пора думать про кальвадос, какое-то производство из сидра начать. По-моему, дача как раз очень способствует таким вещам. Я, например, привезла сюда хлебопечку. Ничего в Москве это не работало, а здесь пожалуйста, мы печем хлеб, он гораздо лучше того, что можно купить в магазине.

– Я спросила у ваших домашних: Фекла тут главный прораб? Мне ответили: ну, что вы, берите выше, какой прораб. Полководец.

– Да, они очень любят надо мной издеваться в этом отношении.

– Про вас, Фекла, легенды ходят, что вы топором можете все делать на даче.

– Нет, топор – это не самый мой любимый инструмент.

– А какой любимый?

– Допустим, лобзик. Люблю с деревяшками возиться. С топором могу, конечно, с колуном. Меня папа всему в детстве научил. Мама говорит, что когда мне было три или четыре года, папа дал мне топор. Она в ужасе кричала с крыльца: “Что ты делаешь, Никита, она отрубит себе ноги”. А папа спокойно отвечал: “Вот как раз чтобы она не отрубила себе ноги, я даю ей топор”. И я друзей своих тоже учила, потому что наука нехитрая. Надо расставить ноги, встать прямо. И не бояться.

– Папа, конечно, очень надеялся на сына, – продолжает Фекла, – особенно в моем случае. Мы с папой были хорошей парочкой, он многое делал с удовольствием руками на даче. И я смотрела да держала ему что-нибудь. Теперь не представляю, как он все это мог без электрических инструментов строить и украшать. Я не люблю тяжелый инструмент, что-нибудь маленькое, изящное, как лобзик, это по мне. Я какую-то мебель делаю, стеллажи книжные.

Сейчас во всю идет ремонт, я спросила у мамы, сколько ей нужно книжных стеллажей. Мы даже не успеваем стеллажи покрасить, мама на них сразу ставит книги. Посчитала, получается 200-250 погонных метров полок.

– И все? – удивилась мама.

– Издеваешься, дочь.

– Нет, не издеваюсь, просто у нас огромная библиотека. Сколько труды одних Толстых занимают. Среди них и папины, и мамины “Очерки славянского язычества”, а “Семантические категории языка культуры” – это самая свежая из них.

– Мы построили в свое время специальный двухэтажный сарай, он весь заполнен книгами. Назывался у нас Румянцевский музей. И туда свозили их из городской квартиры, где уже совершенно житья не стало из-за книг.

– Это, наверное, судьба многих московских библиотек. Делают евроремонты и перевозят книги, хорошо, что еще на дачу. Проблема потом искать эти книги.

– Мама так и делает. Она ищет день-два здесь, потом идет в Ленинку.

– Последний раз, да, не нашла, тем более сейчас, когда я подозреваю, что, может быть, они… сгорели.

Тут надо сделать мужественное отступление.

В марте прошлого года в этом доме случился большой пожар.

Они единодушно не хотят говорить на эту тему (поджог – неподжог), а дружно называют нынешнюю огромную стройку ремонтом и реставрацией. Благо, сохранилось множество фотографий дома, запечатлены все резные теремные купола и наличники. Мастера теперь под предводительством Феклы строго следуют этим документам.

Внутри, конечно, они кое-что поменяли, да и терраса была чуть шире с лестницей на второй этаж. Но она осталась, и по-прежнему ее называют “грибная терраса”.

– Я вам должна сказать, – продолжает Фекла, – что у моей мамы много достоинств, но лучше, чем она, никто не солит грибы. Есть люди, которые лучше маринуют грибы, но солят? Нет. Здесь у нас водятся черные грузди. Чернушки в солении становятся фиолетовыми, потрясающе вкусные. Их не надо вымачивать, они крепкие, редко червивые. К сожалению, на нашем участке пришлось вырубить несколько елей.

– Деревья обгорели или заболели?

– Ели теперь очень болеют в Подмосковье, по-соседству целые участки леса вырублены, короед-вредитель завелся. Нам пришлось помимо пожара спилить штук 10 огромных елок.

– Есть и положительное в этом: стало больше солнца, было темновато. Но под этими огромными елями, которые теперь срубили, росли грибы. Мы собирали под ними по 12 белых.

– История вашей дачи началась с какого года?

– С 1953 года. Специальное постановление у дедушки было. Дед был в эмиграции в Сербии. Они вернулись в 1945 году, им дали возможность остаться в Москве, квартиру дали, не посадили, повезло, потому что внуки Толстого, “зеркала русской революции”, мы это все понимаем и ценим, это единственное, за что можно быть благодарными Ленину в нашей судьбе. Судьба всех возвращенных людей, насильственно репатриированных, несколько миллионов, конечно, ужасна. Нас она, слава богу, чудом, из-за фамилии, миновала. Дедушка даже смог получить работу в университете.

– Дедушка написал сербско-русский словарь, преподавал эти языки в университете.

– Потом была крошечная квартирка в Москве, но хотелось ему дачу, и ему посоветовали через знакомых остановиться на Вербилках, хотя это было очень далеко. Брат его Владимир Ильич поселился ближе к Москве, на Клязьме. Дедушка сказал, я хочу там, где не зас…но. К сожалению, сейчас уже все зас…но, но такая была идея, там, где не зас…но. Надо сказать, что тогда гораздо быстрее они добирались до Вербилок, чем мы сейчас добираемся. Тепловоз ходил, час десять езды.

– Илья Ильич делал остановку в Дмитрове и любил ходить в привокзальный ресторан, где подружился с поваром еще дореволюционных времен.

Дедушка с бабушкой, получив этот участок земли, фактически могли построить свой первый дом, как они хотели и как могли. До этого эмигрантская жизнь была страшно бедная, и дедушка выстроил очень красивый “а ля рус” дом. Поскольку они с бабушкой выросли в имениях, это было такое микроимение, дом с длинной анфиладой комнат, страшно непрактичный, где не было кухни (как может быть кухня в барском доме?). Зато была ситцевая комната, огромная столовая, библиотека. Много разных комнат. Ванны тоже не было.

– Какая ванная, вообще воды не было!

– Вот такой дом он построил. А потом я уже его усовершенствовала, переделывала внутри, но все равно жизнь в анфиладе комнат для современного человека не очень легка. Там хорошо жить, когда вас один или двое и все комнаты твои, ты распоряжаешься как тебе удобно. Дедушка очень любил Вербилки, ездил здесь на мопеде за молоком, за сметаной, у него борода развевалась на две части, – продолжает Фекла.

– Вы все филологи. Что значит пословица: чем выше забор, тем лучше сосед?

Тут все дружно начали профессионально убеждать, что ни в одном славянском языке (а за столом сидели знатоки как минимум языков десяти) нет ничего подобного. Это новые русские придумали.

– Вам везло с соседями на даче? – уточняю мысль.

– Папа немножко изменил состав соседей, один его друг купил тут дом и еще один дом купил его коллега. Мы подтягивали сюда достойных людей.

– Кроме одних соседей, но с ними сейчас никаких отношений, там сменились поколения, они были очень нелюдимы.

– Соседи нас любят, подкармливают.

– Проснешься, а на террасе уже стоит корзина с яблоками. Мы тут же переработаем. Повидло, джем, пироги испечем, но все равно невозможно было все пустить в дело, такой был урожай. В этом году тоже кое-что есть: на терраске, где открыто окно в соседский сад, слышно, как по ночам яблоки падают.

Я стараюсь не приезжать в Вербилки одним днем, стараюсь даже глубокой ночью добраться, чтобы непременно проснуться на даче. Здесь так хорошо спится… Меня очень трудно выкурить за пределы участка, здесь я чувствую себя самодостаточной. Люблю здесь зимой на лыжах ходить, я приноровилась по ледяной Дубне кружочек навернуть.

– Гости любят вашу дачу?

– Да.

И любили ее всегда, предполагаю я. В подтверждение с удовольствием приведу цитату из интервью “РГ” Ольги Седаковой: “Отношения профессоров со студентами были удивительными. Никита Ильич Толстой (он был реэмигрантом, его семья вернулась, когда он закончил гимназию в Белграде) так же, как и его отец Илья Ильич Толстой, преподававший в Белградском университете, и как русские профессора в старые времена, любимых студентов делал “домашними людьми”. Нас приглашали на семейные обеды, мы брали книги из домашней библиотеки… И у других профессоров любимые студенты становились друзьями дома”.

Мы поднимаемся из-за стола, совершаем экскурсию по дому, частично еще находящемуся в лесах, но уже во многом обустроенном внутри.

В доме наконец-то появилась кухня. (“Здесь есть понятие обеда, в отличие от города, где все существуют в разных режимах. Этим очень хороша дача – все нормально питаются”). Появилась очень приличная для дачи ванная комната: раковину Фекла положила на извилистую деревянную панель, которую сама и выстругала. Они сами клеят обои, часто по нескольку раз, чтобы найти гармонию. Абажур – ее ноу-хау, можно перемещать над столом в зависимости от величины компании.

С тканями – любимой мануфактуры “Трехгорки” – Фекла творит чудеса. На мансарде, в спальнях, как она говорит, пять минут работы степлером – и у вас голубое небо и ситцевый луг впридачу… Одна лампа привезена из Италии, другая – из Америки, от осевших там потомков Толстого… Диван она притащила со свалки, скоро его передрапирует так, что антиквариатчики ахнут. Старый буфет по объявлению – только заберите – привезла из одной древней московской квартиры. Его она отреставрирует.

Фекла показывает дом, который они сознательно решили оставить дачей, а не перестроить в коттедж. Тут по-прежнему дышит не убитое никаким сайдингом дерево.

Тут можно спать под балдахином с сеткой, спрятавшись от злых комаров. Все говорит о том, что здесь живут не только люди, но и вещи с биографией.

Веселые и практичные задумки Феклы не претендуют ни на какой стиль.

Они сами стали стилем.

– Фекла, если не секрет, какой у вас лучший день на даче?

– Когда не надо сегодня ехать в Москву.

ОПРОС “РГ”

Общество Ежедневник Образ жизни

  • Биография
  • Фото
  • Дискография
Наши договоры застрахованы — 100% гарантия Фекла Толстая — персональная страница на официальном сайте концертного агента, организация концертов и выступлений в России и СНГ (Official Booking).

Информация: Популярная ведущая

Дислокация: Москва

Официальный сайт: feklatolstaya.ru

+7 (495) 225-76-02

booking@ru-concert.ru

Внимание! Уточните у менеджера:

  • Наличие свободных дат
  • Условия для организации выступления
  • Порядок заключения договора.

Биография Феклы Толстой

Фекла Толстая, настоящее имя которой Толстая Анна Никитична, появилась на свет в 1971 году в семье, где мама и папа были профессиональными филологами. Правнучка Льва Толстого училась в английской и музыкальной школе, во время каникул девочка принимала участие в съемках нескольких картин, хотя это и были второстепенные роли, однако опыт, который Фекла получила, снимаясь в кино, сыграл большою роль в ее дальнейшей творческой жизни. Биография Толстой тесно связана с деятельностью родителей, по первому образованию Фекла филолог. Она идеально владеет польским языком, хорошо понимает сербский, французский и английский языки. После окончания МГУ имени Ломоносова Толстая преподавала РГГУ.

В двадцать четыре года Фекла учится на режиссерском факультете ГИТИС, а после окончания института приходит на ТВ, где работаtn одной из ведущих, в программе «Времячко».

По приглашению продюсера Шумакова, Толстая в 2002 году начинает вести тележурнал «Все сразу». Передача, тема которой новости шоу-бизнеса, выходит и в наши дни.

Журналистская деятельность Толстой не ограничивается лишь телевидением, Фекла пишет статьи, устраивает интервью с известными людьми, фото которых знакомы всем жителям страны, а также является специальным корреспондентом издания «Газета».

Фекла Толстая тесно связана с шоу-бизнесом. Сама являлась участницей проекта «Стань звездой!», в который летом 2002 года была приглашена в качестве одного из членов жюри. Ее дискография – это не серия дисков, но масса популярных проектов на радио и телевидении.

Радио

Работа на радиостанциях «Маяк», «Эхо Москвы» и «Серебряный дождь».

Телевидение

Толстая выступала в качестве режиссера и ведущей в программах «Народный артист», «Ночной полет», «Большой обед» и «Все сразу». Запись этих передач в MP3-файлах сегодня можно найти в сети.

Фекла Толстая участница проектов «Стань звездой», «Звездный лед», «Стиляги». Кроме телевидения, в арсенале журналистки имеется три роли в художественном кино.

Вы можете заказать выступление артистки на официальном сайте Феклы Толстой.

Опубликовано: 08/02/2013 – 21:41

«Материнство и детство, семья находятся под защитой государства»

(Конституция РФ, статья 38)

Увидела на сайте ЭХА письмо Надежды Толоконниковой из мордовской колонии, умное, наивное, несгибаемое, написанное ясным детским почерком. Подумалось: бог ты мой, ведь совсем молодая – студенточка с 5-го курса, 23 года. Училась – на философском факультете МГУ.

image

Ее подруга по несчатью, Мария Алехина, чуть старше – ей 25 лет, она филолог, студентка 4 курса. Обе молодые женщины присуждены к двум (двум!) годам колонии. У обеих маленькие дети, пятилетняя Гера у Толоконниковой и пятилетний Филипп у Алехиной. Два малых ребенка, оставшихся без матери не на день, не на неделю и даже не на месяц, – на два года!

Что это? Как это? В чем состав преступления у этих двух «преступниц»? В Википедии он обозначен, как «хулиганство».

Два года за «хулиганство»? Хорошо, пусть не хулиганство, это была осознанная акция, «политическая скоморошина», так называемый панк-молебен против нынешнего лидера.

Чувства верующих, присутствующих при сем действе, были оскорблены ужасным «кощунством». Значит, два года за кощунство? И церковным, да и всем прочим деятелям, наблюдавшим за судебным процессом, не показалось, что здесь что-то не так?

У Пушкина в «Борисе Годунове» юродивый Николка Железный Колпак мог сказать в глаза царю, попросившему за него помолиться: «Нельзя молиться за царя Ирода, Богородица не велит». И что было дальше? Николку заковали в кандалы? Отвели в тюрьму? Отнюдь. Царь, хотя и получил от блаженного «отлуп», не стал сводить с ним счеты, отогнал от него стражу.

Далеко сегодняшним деятелям до «преступного царя Бориса»!

Система жестока: чтобы получить УДО (условно-досрочное  освобождение), нужно сделать вид, что ты «встал на путь исправления», то есть фактически признал себя виновным. Помнится, ни Надя, ни Мария не признали себя виновными на суде, не хотят они быть сломленными и в колонии. Две гордые, умные, не желающие смиряться женщины, которых трудно, невозможно представить на их сегодняшнем месте… Очень боюсь за их психику и жизнь!

А еще – нестерпимо жаль их малолетних детишек. Когда-то, когда я приходила в садик за своей пятилетней дочкой, на вопрос: «Что ты в садике делала?», она мне отвечала: «Ждала тебя».

Как горестно, что детям Надежды и Марии придется ждать матерей два нескончаемо долгих года.

***

На этой неделе на канале КУЛЬТУРА два интересных документальных сериала: четырехсерийных монолог Андрея Кончаловского и восьмисерийный фильм «Толстые» с Феклой Толстой в роли ведущего.

image

Если искать общее в этих двух картинах, – оно в теме «предков», в теме «дворянской России», обе они близки как Фекле Толстой, так и Андрею Кончаловскому.

75-летний Андрей Сергеевич бодр, полон энергии, делится своими мыслями о жизни, кино, театре, будущем страны…

Но фильм об Андрее Кончаловском, снятый год назад, идет уже по второму разу.

Говорить же я буду о новом, только что вышедшем сериале «Толстые» (режиссер Александр Замыслов).

На этой неделе были показаны четыре фильма:  

«Петр Андреевич» – о родоначальнике династии, начавшем карьеру беспоместным дворянином, дослужившемся при Петре Первом до звания сенатора, графского титула, ставшего владельцем 12 тысяч крепостных душ. А кончил “родоначальник” плохо – умер  в тюрьме Соловецкого монастыря.

image

«Александр Иванович Остерман-Толстой». Герой войны 1812 года, потерявший руку в сражении при Кульме, дядя Ф. Тютчева, родственник Лажечникова…

«Федор Иванович». Герой серии – тот самый Федор Толстой–Американец, которого обессмертил Грибоедов, помните? «Ночной разбойник, дуэлист. В Камчатку сослан был, вернулся алеутом, и крепко на руку нечист, да умный человек не может быть не плутом…».

Мария Николаевна”  –  о сестре Льва Николаевича Толстого, той, к которой, принявшей монашество, он приехал в монастырскую келью в Шамардинскую обитель на своем последнем пути к станции Астапово.

 Сериал интересный, познавательный, заставляющий задуматься – о русской истории, о судьбе отдельных ее представителей, в конце концов о закономерностях судьбы одного отдельного «рода»…

image

Фекла Толстая, праправнучка Льва Толстого, ведет нас за собой от одной судьбы к другой легко и непринужденно, она прирожденный гид, у нее получается разговор с людьми – как с прохожими в орловском селе, так и с титулованным иностранным «родственником», –  причем получается на разных языках, кроме русского, на итальянском и на английском.

Мне поначалу казалось, что она  сама и написала все эти истории о своих предках, но нет, автором сценария о Толстом–Американце оказался Дмитрий Быков, о Марии Николаевне – Павел Басинский, уровень высокий!

Несколько запомнившихся историй.

“Родоначальник”, Петр Андреевич Толстой, испросил у царя Петра разрешения поехать учиться военно-морскому делу в Италию. В это время ему было… 52 года. Впоследствии, сделав головокружительную карьеру дипломата, Петр Андреевич был послан Петром вдогонку сбежавшему в Неаполь царевичу Алексею. Хитрый вельможа вернул Алексея в Россию…прямо в каземат Петропавловской крепости.

Несчастный царевич проклял Иуду и весь его род до 25-го колена…  На некоторых потомках Петра Андреевича проклятие явно сказалось. Да и конец самого “родоначальника”, умершего в тюрьме, был сокрушителен.

image

В фильме об Остермане-Толстом меня поразили кадры, снятые в наши дни в селе Красном, где находится семейная усыпальница Остерманов.

Вообще-то Остерман-Толстой жил и умер в Женеве (все царствование Николая Первого он в России не появлялся), но по приказу царя, его тело в свинцовом гробу было перевезено на родину.

Камера показывает фамильный склеп, яму вместо гроба, рассыпанный прах… Хитроватый мужичонка рассказывает «наследнице», что свинец с гроба «предка» деревенские растащили на грузила для рыбалки.

Резонный вопрос Феклы Толстой к стоящему в разоренном склепе батюшке: стоило ли перевозить тело на родину?

image

О Толстом-Американце совсем недавно вышла книжка в серии ЖЗЛ, читала ее в самолете по дороге в Москву. Так что фильм не открыл мне о герое ничего нового, разве что одну красноречивую деталь.

Федор Иванович, будучи человеком экстравагантным, как известно, женился на цыганке. В этом браке родилось 12 детей, одиннадцать из которых умерли.

В фильме рассказывается, что, по преданию, Толстой-Американец после смерти каждого ребенка вычеркивал из своего списка одного из убитых им на дуэли (всего числом 11) и писал на полях: квит.

Фильм о Марии Николаевне Толстой не может не заинтересовать – уж больно привлекательная фигура – сестра Льва Николаевича. Ее любил Тургенев, ей он посвятил чудесный рассказ «Фауст», который так не понравился Полине Виардо…

В судьбе Марии Николаевны многое напоминает о толстовской Анне Карениной. Она ушла от мужа (напоминающего поведением Стиву Облонского), по горячей любви сошлась с иностранцем, в Женеве вне брака родила дочь Елену.

image

Об этой Елене идет разговор между Феклой Толстой и праправнучкой Марии Николаевны, живущей в Ясной Поляне, в дедовских местах.

Милая женщина поит Феклу чаем с вишневым вареньем и говорит, что не понимает, как мать могла оставить своего новорожденного ребенка.

Елена только в 17 лет оказалась в России, Мария Николаевна всю жизнь ее стеснялась и не любила…

 Я вспомнила, что и и Анна Каренина тоже не очень любила свою «незаконную» дочку. Говорят, Лев Толстой поссорился со многими родственниками, узнававшими себя в его героях.

Впереди еще четыре серии. С интересом продолжу знакомство с родом Толстых, давшему России великих писателей, дипломатов, полководцев и замечательных женщин.

 Толстые. 1. Петр Андреевич

 Толстые. 2. Александр Иванович Остерман-Толстой

 Толстые. 3. Федор Иванович  Толстой-Американец

 Толстые. 4. Мария Николаевна

***

Свободу Михаилу Ходорковскому!

Долой неправосудный приговор для Алексея Навального!

  • 11899 просмотров

Оцените статью
Рейтинг автора
4,8
Материал подготовил
Егор Новиков
Наш эксперт
Написано статей
127
А как считаете Вы?
Напишите в комментариях, что вы думаете – согласны
ли со статьей или есть что добавить?
Добавить комментарий