«В нашем доме нет интернета, а у сына кнопочный телефон». Правила воспитания актрисы Полины Агуреевой

image

Полина решила стать актрисой в восемь лет

Звезда сериала «Исаев» уже два года растит сына без мужа

Полина АГУРЕЕВА впорхнула в кинематограф ролью тихой девушки Веры, которая разрывается между мужем, суровым и жестким, и любовником, молодым и романтичным. Ее героиня выбирает страсть, а не семью, где у нее подрастает малыш. В жизни же Полина старается гармонично сочетать роль актрисы и матери. И это ей вполне удается.

В кино Агуреева снимается редко. То сценарии глупые предлагают, то роль не совпадает с ее внутренним мироощущением. Зато любое предложение режиссера Сергея Урсуляка принимает с большим рвением. Молодая актриса-карьеристка Ляля в «Долгом прощании», сладкоголосая певица Тоня в «Ликвидации», своенравная бандитка Анна в «Исаеве» – и все это она, Полина!

image

Сергей УРСУЛЯК с любимыми актрисами – АГУРЕЕВОЙ и РАППОПОРТ

– Мне очень нравится работать с Сергеем Владимировичем, – говорит Агуреева, сидя в гримерке и накручивая локоны для роли в спектакле «Белые ночи». – Он тонко чувствует актера, всегда готов помочь, подсказать, выслушать разумную критику. Правда, первый наш опыт общения был не очень приятным. Как же намучился со мной Урсуляк на «Долгом прощании»! Его сильно удивляло, что я постоянно с ним спорю, доказываю свою точку зрения, советую ему, как построить мизансцену, что должна сказать или сделать моя героиня. Но он – мудрый человек и все это мне простил. – В «Исаеве» вы, как и в «Ликвидации», играете любовницу персонажа Михаила Пореченкова… – Но мы с ним в «Исаеве» совершенно другие. Специально решили не делать никаких повторов, намеков, что мы уже не первый раз пара. С Михаилом интересно общаться, а уж быть его любовницей – истинное наслаждение!

С Михаилом ПОРЕЧЕНКОВЫМ…

Он большой профессионал и ничего лишнего, что не относится к делу, себе не позволяет. Думаю, мы с ним хорошо сработались.

Третий с конца муж

– Никогда! Конечно, играя любовь, я открываюсь перед партнером, отдаюсь ему без остатка, но говорить о каких-то настоящих чувствах неуместно и непрофессионально. Симпатия – да, но влюбленность – это гораздо глубже и только мешает работе. Да и актерские браки в большинстве своем недолговечны. Каждый пытается доказать, что он талантливее, ярче и гениальнее. Семья – это компромисс, на который нужно идти постоянно, что у творческих личностей не всегда получается.

…в «Исаеве»

– Вы из-за этого расстались с мужем – режиссером Иваном Вырыпаевым? – Это – слишком личное. Я не хочу сейчас что-то вспоминать о Ване и наших отношениях. Да и кому интересно читать о третьем с конца муже актрисы Агуреевой?! Мы познакомились в театре. Ваня пришел к нам в «Мастерскую…» на празднование старого Нового года. Стали встречаться, поженились, родился Петя. У нас с Иваном был хороший творческий союз, который дал положительные результаты. И этими результатами я очень дорожу.

В сериале «Ликвидация»

– Сейчас модно делить детей, устраивать шоу с громкими скандалами о правах родителей. Вы с Иваном без ссор решили, с кем останется сын после развода? – В моей жизни нет такой моды – ругаться из-за детей. У нас с Ваней все прошло, к счастью, без истерик. Мы не вместе уже больше двух лет, и я никогда не препятствую ему видеться с сыном. Да и с предыдущей супругой у Вани все в порядке. Мама старшего сына Гены даже однажды отпустила его с Ваней и со мной на «Кинотавр». Умный человек ведь понимает, что лучше дружить, чем бросаться камнями. Потому что все эти камни так или иначе отзовутся в душе ребенка.

В драме Ивана ВЫРЫПАЕВА «Эйфория»

– Пете – пять лет. Чем он увлекается? – Всем понемногу. Мы и книжки читаем, и песенки поем, и в компьютерные игры играем, и на роликах катаемся. Стараюсь уделять сыну как можно больше времени. Недавно я прочла красивую фразу: любовь – это то количество времени, которое ты посвящаешь человеку. Я полностью с этим согласна! Конечно, от любимой профессии отказаться не могу. Когда Пете было три месяца, я уже вышла на сцену. Когда исполнилось девять месяцев – пришлось уехать на Дон на съемки «Эйфории». С малышом мне всегда помогала мама. Младшие брат с сестрой тоже принимали участие. Потом появилась заботливая няня. Поэтому, надеюсь, сын никогда не чувствовал себя брошенным или одиноким.

Счатливые родители Полина и Иван с 8-месячным сыном Петей (июль, 2005 г.) (фото http://www.wday.ru/)

Лавры Джоли

– Вы вспомнили про «Эйфорию». Там есть довольно откровенная сцена, где вы предстаете совершенно обнаженной. Да и в «Исаеве» не обошлось без интимных эпизодов… Вам легко раздеться в кадре? – Что вы?! Я очень стеснительный человек! Но обнаженка для меня – не табу. Если есть острая необходимость в этом, ну что же делать – разденусь. Тем более если сцена будет снята красиво и не пошло. Мне кажется, везде, где я раздевалась, это было оправдано ролью, сценарием. И уж, поверьте, никак не связано с моим личным желанием показать себя во всей красе. – Все ваши роли лиричны и трогательны. Хотелось бы сняться в жестком экшне? – Конечно! Лавры Анджелины Джоли в «Ларе Крофт: расхитительнице гробниц» мне покоя не дают. Хочу побегать, пострелять. Недавно снялась в боевике Федора Попова. Играла черногорскую девушку и даже говорила на сербском языке. Еще была у меня мечта с Марлоном Брандо сняться. Но, увы, он умер. – Если бы позвали в Голливуд, бросили бы все, уехали? – Во-первых, я думаю, что меня не позовут. Во-вторых, я об этом никогда не мечтала. У меня другой мир. Он не менее ценный, чем блестящий голливудский. А вот европейское кино – всегда пожалуйста. Бертран Блие, Эмир Кустурица… С удовольствием поработала бы с ними. У таких гениальных мастеров, верю, можно многому научиться.

«Ускользает, исчезает, бежит…» – Впервые я увидел Агурееву в Театре Фоменко и сразу отметил ее для себя – разнообразная, нездешняя, особая, отдельная. Долго не мог сформулировать, в чем суть этой отдельности. Как-то, делая для «Долгого прощания» стилизованный макет журнала «Огонек» 1949 года, поместил фотографию Полины на обложку – и увидел лицо той эпохи. Тогда я понял про нее, как мне кажется, главное – ее особенность кроется в ее нездешности, в зазоре между нею и нашим временем. Она рождена не сегодня, сформирована не сегодня, совершенно лишена всеобщей хваткости, суетности.  Думаю, она снимается так выборочно потому, что она не очень вписывается в тот типаж, который сегодня востребован. А очень мне симпатично как раз то, что Полина ускользает, исчезает, бежит от всего наносного. Сергей УРСУЛЯК о Полине АГУРЕЕВОЙ

CПРАВКА * Полина АГУРЕЕВА родилась в 1976 году в Волгограде в семье учительницы и физика. * Окончила режиссерский факультет ГИТИСа (мастерская Петра Фоменко). * С 1997 года служит в московском театре «Мастерская Петра Фоменко». * В 2000 году получила престижную театральную премию «Чайка», в 2001-м – «Триумф», в 2002-м – Государственную премию РФ «За театральные работы года».

Вроде бы прошел уже по телеэкранам фильм “Жизнь и судьба” – а пересуды и перепалки тянутся за ним шлейфом. И дело даже не в том, насколько хорошо кино и насколько точно отражен в нем роман Гроссмана. Спорщики волнуются о вопросах для России вечных, мировоззренческих (да и собой любуются попутно). А разговор с актрисой “Мастерской Петра Фоменко” Полиной Агуреевой (она снималась в “Жизни и судьбе”) вышел не только вокруг фильма – но по сути о том же: такой вот сегодняшний взгляд поколения 30-летних на жизнь и судьбу, на себя и на мир вокруг. Не удивлюсь, если многим покажутся созвучными разум и чувства Полины. Ну да, она молода, – а непростая все-таки штучка.

Полина, споря о фильме, одни поставили Гроссмана рядом с Толстым, другие назвали его книгу “гнилой” – автор, мол, родину не любит. А вы – за “белых” или за “красных”?

Полина Агуреева: За спорами, конечно, я не слежу. Да, это не самый мой любимый роман. Но не по тем причинам, которые называют в спорах. Любить родину – не значит не иметь права говорить о ней нелицеприятные вещи. И вообще по этому поводу я все время вспоминаю фразу Пушкина: “Я, конечно, презираю отечество мое с головы до ног, но мне досадно, если иностранец разделяет со мной это чувство”.

Гроссман первым сопоставил Гитлера и Сталина. Насколько корректно такое сравнение – не задумывались?

Полина Агуреева: Конечно, это разные фигуры, у них разная природа, разные цели, задачи и результаты, но оба они – страшные существа, тираны. И слова о том, что хороший вождь Сталин выиграл войну, я презираю. Война – время трагическое и святое. Но не потому, что Сталин стоял во главе государства, а потому что люди шли на смерть, защищая свою родину, – потому и святая война…

Надо ли нам в чем-то каяться? Знаете, у Бродского есть хорошая фраза: “Люди отличаются друг от друга степенью отчаяния от самого себя”. Вот меня всегда смущают люди, которые не испытывают отчаяния от самих себя. Поэтому – лучше каяться, чем нет.

Ваша героиня в “Жизни и судьбе”, Женя Шапошникова, вам была интересна?

Полина Агуреева: Честно говоря, мне трудно говорить про эту героиню. Из двадцати съемочных дней 19 я простояла в очередях. Ну да, в список героинь, которых я обычно играю у Сергея Владимировича Урсуляка, она вписывается: я всегда отвечаю у него за лирическую историю. И Женя Шапошникова – такая женщина, которая запуталась и утонула в своих феромонах.

Ну, ваши героини в театре тоже распутывают свои сложные клубки, каждая по-своему. Полина из “Абсолютно счастливой деревни”, Лариса Огудалова из “Бесприданницы”…

Полина Агуреева: …Тамара. Смотрели “Пять вечеров”, понравилось вам?

Мне – понравилось. Хотя критики, мне показалось, отнеслись к спектаклю сдержанно.

Полина Агуреева: Я просто обожаю этот спектакль, мне кажется, он прекрасный. В одной статье про “Пять вечеров” было написано очень красиво – это нелепые люди сами раскручивают земной шар под собой. Очень точно – приятно, когда тебя понимают.

И “Бесприданница”, и “Белые ночи” Достоевского, все спектакли, которые у меня есть, мне интересны. “Июль” я перестала играть – жалко, я очень-очень любила этот спектакль, но ему уже 6 лет, не хочу ждать, пока он завянет.

“Июль” шел в театре “Практика”, совсем не похожем на “Мастерскую Фоменко”. Трудно разрываться между такими разными театрами, ролями?

Полина Агуреева: Дело же не в зданиях, не в почерке того ли иного театра, – главное, чтобы это пространство совпадало с моим внутренним. Может, я интроверт, не знаю.

Кстати, слово “интроверт” пошло ведь от Карла-Густава Юнга, психиатра. Того самого, которым вы, говорят, увлекаетесь. С чего бы?

Полина Агуреева: Прежде всего – у меня очень умная мама. Она психолог, подсовывает мне всякие книжки, – такое вот у меня паразитирующее познание…

А мама разве с вами в Москве? Вы же вроде бы родом из Волгограда (бывшего Сталинграда, между прочим)?

Полина Агуреева: Да, я же в Москве со второго класса. Я просто родилась в Волгограде, там мой папа живет, я к нему езжу и мне приятно считать, что это моя родина… Так вот, а психология мне нравится – хочется прийти к лучшей себе. Чтобы не вешать свое “г” на других.

Зачитывались вы и дневниками Александра Шмемана. А священник чем вас так заинтересовал?

Полина Агуреева: Я стала читать и просто обалдела – эту книгу можно перечитывать бесконечно. Дневники человека, который Искал. Всегда интересны те, кто пытается прорваться к настоящему, бежать от суеты, говорить жестокую правду о себе и мире. Хотела бы я научиться так жить.

Юнг под подушкой, дневники богослова – как-то слишком серьезно, не вяжется с образом воздушной Полины Агуреевой, которую знают зрители. Вы, может, самоед? А ваша героиня в «Жизни и судьбе» называет себя «интеллектуальной психопаткой»…

Полина Агуреева: Думаю, это Сергей Владимирович придумал фразу, уверена на 99, 9%, – потому что он и считает меня такой. Конечно, в шутку.

Но воюете вы, говорят, с Урсуляком на съемках не на шутку.

Полина Агуреева: На съемках “Долгого прощания” мы спорили очень. А потом он смирился с тем, что я все делаю по-своему. Наверное, решил не связываться.

Так вы еще и капризны!?

Полина Агуреева: Да нет, мне абсолютно все равно, как я выгляжу, с какой стороны меня надо снимать. А если мне что-то кажется фальшивым, – это идеологические споры, не из серии капризов… Нет, ну могу, конечно, чуть-чуть, но в работе – нет. Стыдно.

А с Фоменко, своим учителем, вы могли вот так спорить?

Полина Агуреева: Конечно. Петр Наумович всегда умел слышать. У нас всегда был очень напряженный внутренний диалог – мне кажется, честный. Ему было неинтересно с человеком, который не предлагает что-то. В творческом процессе неизбежны такие столкновения – как и в обычной жизни. Только в жизни – люди не умеют спорить. Вертятся по кругу, не слышат друг друга, отстаивают доморощенные какие-то идеи.

Слушаю вас и думаю: неужто внутри вас – такой кремень? Вы – женщина сильная?

Полина Агуреева: Нет, я не сильный человек, это точно. Если гнобить сильного человека – у него возникает азарт побороть. А слабый – сразу закрывается. Вот я, конечно, такая – мне обязательно надо, чтобы меня любили, я трудно с препятствиями справляюсь психически. Сразу уязвляюсь… Перечитывала недавно “Доктора Живаго”, там Пастернак про Лару пишет: она ступила на путь софизмов. Вот и у меня так часто бывает. Хожу по пути софизмов.

Но в важных для себя вещах – могу быть сильной. Короче, какая-то сила духа, надеюсь, у меня есть.

А с житейскими проблемами как справляетесь?

Полина Агуреева: А у меня нет житейских проблем. Ну правда, я не очень заморачиваюсь этим. И свою профессию не считаю работой – я этим живу, существую. То есть, у меня есть еще сын Петя, и я надеюсь, с ним я существую так же осмысленно и наполнено, как на репетициях. А на репетициях – так же, как с Петей.

В фильмах Урсуляка, в “Ликвидации”, “Исаеве”, “Жизни и судьбе”, у вас вечно одни и те же партнеры: Маковецкий, Балуев, Пореченков…

Полина Агуреева: У меня был абонемент одно время на Пореченкова. Потом он закончился – и теперь у меня абонемент на Женю Дятлова… Сейчас Сергей Владимирович Урсуляк и Вера Таривердиева хотят сделать такую программу в Концертном зале Чайковского – помните фильм “Король-олень”? Там музыка Таривердиева, и несколько актеров, в том числе я и Женя Дятлов, будут читать пьесу, я буду петь Анжелу, героиню Валентины Малявиной в фильме. Гоша Куценко будет, Никита Ефремов, Яна Гладких. Что из этого выйдет – даже не представляю себе.

Вы называли среди своих самых любимых фильмов – старые советские “Летят журавли”, “Отец солдата”, “Они сражались за родину”…

Полина Агуреева: Если говорить про фильмы о войне – я очень люблю эти три фильма. А вообще мне многое нравится – и Феллини, и Бертран Блие, и Бертолуччи, и Альмодовар, и Кустурица.

Чем отличаются прежние фильмы о войне – от теперешних?

Полина Агуреева: Мне кажется, сейчас просто неприлично снимать картины о войне в той же манере и тем же ходом, как в тех же трех фильмах. Они потрясающие, всегда торкают, волнуют, но снимать так же – будет ощущение штампа, и все. Пожалуй, я еще ни разу не видела современного фильма, который бы переосмыслил войну.

Голливудские фильмы о Второй мировой вас тоже не устраивают? Голливуд – это же теперь наше все!

Полина Агуреева: Нет, это вообще чудовищно. Понимаете, меня раздражает современный менталитет. Грустно оттого, что глубокие, объемные вещи подменились внешними, плоскими. Вместо страдания теперь – огорчение. Вместо счастья – радость, удовольствие. Вместо трагедии – расстройство.

Так мир же теперь – стремительный, все летит куда-то, на трагедии, да и на счастье времени нет. Затормозишь, и ты уже не в ногу со временем…

Полина Агуреева: Я хочу идти в ногу со временем, хочу успевать за его ритмом, но при этом по сути оставаться медленным человеком. Не хочу поверхностности.

Конечно, театр или кино не имеют права не идти в ногу со временем. Если это не чучело застывшее, а живое искусство. В принципе мы пытались уловить этот пульс в “Пяти вечерах” – я очень люблю фильм Михалкова, но сейчас заново использовать тот же язык – это как если писать языком Достоевского: всегда будет “как” Достоевский.

А со своим сыном вы находите общий язык? Ему любопытны ваши взгляды на жизнь – или он еще слишком маленький?

Полина Агуреева: Петя пошел во второй класс. Вот, к слову, про людей, про менталитет… Вчера мы с Петей в учебнике по литературе читаем – историю про мальчика, который хотел научиться рисовать. У него никак ничего не получалось, дома и заборы выходили кривыми. Мальчик извел очень много красок, сидел дни и ночи, – и вот, наконец, у него стали получаться ровные дома, ровные дороги и ровные заборы. И он стал настоящим художником! Меня это рассмешило: ну невозможно стать настоящим художником, если у тебя получаются совершенно ровные и правильные дома.

Следующее задание в учебнике: либо придумайте продолжение этой истории, либо расскажите о каком-то великом человеке. А мы с Петей очень любим Марка Шагала – и мы в отместку этой истории про мальчика стали подбирать картины Шагала – у него же все кривое, неровное. Так вот, помните его “Прогулку”, там двое летят над Витебском, – а замечали когда-нибудь, в левом нижнем углу там человечек, маленький-маленький, справляет нужду под забором? Я сама его только недавно обнаружила – и картина стала нравиться еще больше. Петю это очень повеселило. Понимаете, смысл в том, что, когда одни пытаются воспарить, – обязательно найдется тот, кому на это, как сказал Петя, “совершенно нас…ть”. Так что мне с Петей интересно живется.

Правда, что вы хотите поставить спектакль по Ницше? Это будет что-то мрачное и суицидальное?

Полина Агуреева: Суицидальное? Мне кажется, “суицидально” у Ницше только одно – желание гармонии и света. У него такая глубокая мысль: искусство нам нужно, чтобы не умереть от правды… Я обязательно сделаю это. Сложно, но у меня есть мировая мама, она поможет с текстами. Наверное, это будет моноспектакль, потому что вряд ли я кому-то смогу объяснить, чего хочу.

Не хотите записать диск со своими песнями? Вон сколько их у вас – и в фильмах, и на сцене, записи гуляют в интернете. Многим нравится.

Полина Агуреева: Собираюсь, да никак не соберусь. У меня нет своих песен, я их плохо пою, у меня слабый голос. Но петь – люблю очень сильно. Не хочется делать диск из серии “поющие актеры”, где “Лыжи у печки стоят” бесконечные. Выбрала песни, которые мне нравятся, попробую их как-то перепеть. Есть у меня пара мелодий, адекватных любимым – не моим, конечно, – стихам.

Многие гадают, куда и как будет двигаться театр Петра Фоменко – без Фоменко…

Полина Агуреева: Наверное, у каждого в театре свое представление об этом. Могу сказать только о себе: у меня есть желание не повторять буквально Петра Наумовича (это невозможно), не делать домашнее задание по каким-то его наметкам, а продолжить диалог с ним через свою работу. Может, звучит слишком пафосно, но…

Вот мы сейчас хотим делать спектакль по Александру Блоку – с Верой Камышниковой, Это прекрасный педагог по речи в ГИТИСе, она еще и режиссер, очень тонкий человек, я ее очень люблю. Блок в каком-то смысле для меня перекликается с Петром Наумовичем – настолько оба остро и тонко чувствовали жизнь. Я как-то первый раз почувствовала этого поэта. Не так давно… Не исключаю, что спектакль не получится – но мне стало не страшно ошибаться.

Всех, кто мелькает на телеэкране, сейчас немедленно называют: звезда. Вы себя – “звездой” не ощущаете?

Полина Агуреева: Нет, я непопулярный человек абсолютно, да и не знаю, что это такое – звезда. И в кино снимаюсь раз в два года, и то только у Урсуляка. При том, что мне очень нужны деньги, и каждый раз думаю – сейчас соглашусь, сейчас. Но не могу. 90 серий играть следователя. Во-первых, не могу же я на полном серьезе играть этакого псевдоследователя. Во-вторых, на 90 дней оторвать себя от Пети, от ночных придумываний Блока?

И напоследок: вы ведь совсем не плакса?

Полина Агуреева: Нет, я все время плачу. По-крайней мере, официально – 10 раз в месяц, потому что у меня 10 спектаклей в месяц и во всех спектаклях я плачу. И вообще – часто плачу. Наверное, отношусь к себе, как все, слишком серьезно. Хотя пытаюсь с этим бороться. Относиться к себе надо иронично. Надеюсь, у меня все же есть чувство юмора.

Культура Театр Драматический театр Лучшие интервью

06.06.2020

Любимая актриса Сергея Урсуляка, прима «Мастерской Петра Фоменко», обладательница массы театральных и государственных наград Полина Агуреева никогда не стремилась жить как звезда. Красные дорожки и вспышки фотокамер она с лёгкостью променяла на родительский дом в Подмосковье и время с сыновьями Петей (15 лет) и Тимофеем (4 года).

1. У нас в семье все очень любят детей, и для нас важно с ними дружить. Но для этого нужно по крайней мере их видеть, всем вместе общаться. Мы (у меня есть ещё сестра и брат) делаем это, собираясь в доме моих родителей в Подмосковье. Это такое место силы для нашей семьи, мы обязательно встречаем там Новый год, празднуем дни рождения. А Петя, когда был маленьким, вообще придумал отдельный праздник — День семьи. Его мы тоже до сих пор отмечаем — собираемся в июне. То есть дети как-то сами по себе, естественно приобщились к этим традициям. Однажды, например, я предложила Пете поехать на зимние праздники в путешествие, но он возмутился: «А как же Новый год у бабушки с дедушкой?» И меня это, честно говоря, даже порадовало.

2. Самое главное, что воспитывает ребёнка, — это атмосфера в семье. Вот мы читаем какую-то книжку, слушаем музыку, и Петя тоже знает всё про эти произведения, про их авторов, он полностью вовлечен в нашу жизнь. Я показываю Пете эскизы своих костюмов, декораций, рассказываю о спектаклях, он всегда знает, что я репетирую и как вижу эту роль. И мой муж Федя (актёр и режиссёр Федор Малышев. — Прим. ред.) тоже всегда рассказывает Пете о работе. Порой он даже больше знает про Федин спектакль, чем я. Мы считаем такое доверие очень важным, но всё это происходит без давления. Насильно ведь заинтересовать ребёнка чем-то невозможно.

Полина с Тимофеем

3. С младшим сыном мы в основном смотрим советские мультики. Какие-то иностранные тоже, но очень избирательно. Дело даже не в патриотизме, просто советские рисованные мультфильмы, во-первых, нравственные, а во-вторых, в них есть огромная палитра чувств. По-моему, очень важно, чтобы человек мог различать чувственные нюансы. Но современные мультсериалы этому не учат, там показано только удовольствие — расстройство, и это их максимальная палитра.

Сыну однажды кто-то показал «Щенячий патруль» — и всё, после этих мультиков он перестал воспринимать советские. Тут же сериал, бесконечная история, которая затягивает, — дети на такое быстро подсаживаются. А я считаю, если уж смотреть мультики, то хотя бы не только для развлечения, но ещё и для развития. В общем, «Щенячий патруль» я запретила. Просто хочу, чтобы ребёнок учился объёмно воспринимать мир, а подобные мультики этому, увы, очень мешают.

4. Старший сын уже год живёт без интернета. Это наше общее, семейное решение, потому что в какой-то момент стало понятно — ценности, которые предлагаются в семье, тонут в потоке непроверенной пошлой информации из интернета. А у Пети была чудовищная зависимость: он просто каждую свободную секунду торчал в соцсетях, постоянно посылал голосовые сообщения; выглядело это ужасно.

Сейчас у нас дома вообще нет интернета, у сына кнопочный телефон. Да, ломка была, и сильнейшая. Но мы это преодолели. И я вижу, как сильно изменился мой ребёнок за этот год. Петя научился прекрасно играть на гитаре, прочитал миллион книг, он каждый вечер пишет рассказы, стихи, повести, пьесы. У него появилась огромная потребность в творчестве. Не знаю, правильно ли мы поступили, лишив подростка интернета, но это было вынужденное решение, отчаянное, потому что было уже очевидно — мы его теряем.

Полина и ее семья под «фамильным» дубом в Подмосковье

5. В современной школе меня пугает установка «Будь успешным!». И при этом ни слова о человечности. Формальность, которая перевешивает суть. Например, ОГЭ по литературе — абсолютная профанация. Либо ты должен быть кандидатом наук, филологом, чтобы сдать этот ОГЭ, либо ты обрекаешь детей (ведь они априори не кандидаты наук) на формальный подход к этому вопросу, на озвучивание заученной тупости. Я недавно смотрела передачу, где успешно сдавших ОГЭ детей спрашивали, какой тургеневский образ стал фразеологизмом. Никто не ответил — экзамен они сдали, а про тургеневскую девушку не знают. Но это ведь гораздо важнее, чем то, что фигурирует в тестах. Произошла подмена понятий: вместо настоящих, глубоких знаний детям пытаются дать набор фактов. Тимофею скоро в школу, и я просто не знаю, куда его отдавать. Потому что по опыту с Петей могу представить, что ему там предложат.

6. Я поощряю гендерное воспитание. Мы смотрели недавно передачу, где немецкая мама восьмилетнего мальчика говорит: «Мы не используем слова „девочка“ или „мальчик“. Мы говорим: „Этот ребёнок“». Петя тогда возмутился: «Боже, какой ужас! Ты и так не знаешь, кто ты, чего ты хочешь, а тут тебе еще и в самом простом предлагают усомниться!» И действительно, так трудно в детстве и в юности понять, что ты из себя представляешь. А если тебя лишают главной опоры — твоей половой принадлежности, — это катастрофа. Это дезориентирование. Поэтому я как раз очень поощряю в детях гендерные особенности.

Я, конечно, не говорю: «Ты заплакал! Мальчики не плачут!» Это уже перебор. Но гендерные особенности есть. Они не всегда срабатывают, но они все равно существуют, их невозможно игнорировать. «Смотри, Петя делает зарядку, вот какой он стал сильный!», «Смотри, папа нас защищает» — да, я могу сказать такое младшему сыну. И я не имею при этом в виду, что мужчины лучше женщин или наоборот. Речь не о каком-то соревновании полов, а о сознательности, понимании своего места в жизни.

Сыновья Тимофей и Петя

7. Многие здоровые архетипы, которые создавались веками, сегодня почему-то переворачиваются с ног на голову. Взять, например, веру в Деда Мороза. Я заметила, что среди так называемых продвинутых родителей существует мнение: легенда про Деда Мороза — ложь, а детям лгать нельзя. Поэтому им с раннего возраста объясняют, что никакого Деда Мороза не бывает, а подарки приносят из магазина. Но, говоря, что его не существует, вы же даете ребёнку понять, что и чудес не бывает. А что это за детство без веры в чудо? Зачем в угоду моде отказываться от того, что веками создавалось человечеством, что проверено не одним поколением?

Читайте также:

«Дедушка Мороз устал». Почему стоит до последнего поддерживать в детях веру в сказку

У моих детей Дед Мороз был и есть. На этот Новый год, например, мы с Тимофеем писали ему письмо, клали на подоконник, потом открывали на ночь окно и ждали, когда Дед Мороз пролетит и заберёт его. В первый день он не забрал письмо, во второй день опять — побежали утром, а письмо на месте, — и только на третий день оно улетело. Это же целый ритуал, сказка, ожидание чуда. Я всегда устраивала такие маленькие чудеса детям и не представляю, как можно осознанно их этого лишить.

8. Мне иногда кажется, что в случае со старшим сыном я переборщила с волшебством. Петя очень фантазийный мальчик с детства, он всегда пребывал в каком-то своём вымышленном мире. Одно время, например, верил, что есть страна смешариков. До такой степени, что мы каждый вечер собирали рюкзак с припасами, с какими-то вещами и ходили по дворам по два-три часа, искали вход в эту страну. И каждый раз, рыдая, возвращались домой, потому что не находили волшебный портал. На следующий день повторялось то же самое.

Я убеждала его, успокаивала, что просто так, мол, в эту страну вход не найти. А сама думала, что, наверное, в какой-то момент у нас вышел перебор с чудесами. Я, действительно, очень старалась удивлять, восхищать ребёнка. Например, он писал Деду Морозу: «Подари моей маме колечко», — а потом мы открывали дверь, на пороге стоял картонный замок, а внутри него было мамино колечко… Потом я поняла, что, кажется, слишком сильно впечатлила сына и ему теперь трудно примириться с довольно скучной и рациональной реальностью. С младшим, Тимофеем, веду себя осторожнее — не так театрально разыгрываю эти истории.

Сыновья Петя и Тимофей

9. Думаю, что формула Раневской «Что отдал, то твое» — это самое важное. Мне не стыдно, например, ругать детей за эгоизм. Есть несколько вещей, на которые у меня просто запрет, и всё: маленьких обижать, плохо говорить про людей, думать только о себе.

Мне кажется, вообще самое главное в жизни — жалеть других. И я очень хочу, чтобы мои дети умели это делать, понимали что такое стыд, совесть, сострадание

Самая большая проблема сегодняшнего общества в том, что люди очень зациклены на себе, своих границах, травмах и очень редко обращают внимание на других. А видеть, понимать, чувствовать их, на мой взгляд, очень важно.

У нас с Тимофеем был недавно такой случай. Какая-то девочка во дворе подошла к нему и говорит: «Хочу подарить тебе лисёнка». А Тимофей ответил: «Я не хочу, у меня есть такой лисёнок». Простая ситуация, но я очень долго потом с ним разговаривала, объясняла, что девочка искренне хотела сделать приятное, что нельзя отворачиваться от добра. На следующий день Тимофей заплакал и сказал: «Я вспомнил ту девочку, мне стало её так жалко». Кто-то скажет, что я переборщила с нравоучениями, но это тот случай, когда я не боюсь переборщить.

10. У меня очень мало отстранения, а это необходимое условие для воспитания. Я гиперэмоциональная и гипервовлеченная мама и, как мне кажется, этим очень сильно врежу своим детям. Так нельзя делать, и я всегда себя за это корю, но со своими плохими качествами, как известно, сложнее всего бороться. Например, я очень тяжело переживала подростковый период старшего сына, это были кошмарные два года. Да и сейчас, когда Петя говорит не то, что он, как я считаю, должен сказать, реагирую очень болезненно. Это такая вечная родительская история: человек не соответствует тому образу, который тебе хотелось бы видеть, и ты пытаешься его переделать, что, конечно, совершенно неправильно.

В общем, я точно не могу сказать, что правильно воспитываю детей. Едва ли я могу быть примером. Единственное мое оправдание, что я хотя бы рефлексирую на эту тему. Но какая разница? Всё равно же совершаю ошибки.

Увидеть Полину Агурееву на сцене московского театра «Мастерская Петра Фоменко» в ближайшее время можно в спектаклях »…Души» (2 марта) и «Фантазии Фарятьева» (7 марта).

Читайте также

ИНТЕРВЬЮ

«Наименее вредные родители — те, которые сами заняты». Правила воспитания политолога Екатерины Шульман

ИНТЕРВЬЮ

«Убеждена, что родители портят детей». Правила воспитания главы Sber Private Banking Евгении Тюриковой

ИНТЕРВЬЮ

«Иногда нужно себе признаться, что вы устали от ребёнка». Правила воспитания телеведущей Юлии Барановской

Полина Агуреева — это молодая киноактриса, обладающая пока еще немногочисленной фильмографией. Но ее популярности уже завидуют многие известные российские артисты. А все потому, что каждая ее роль — это эталон мастерства актерского перевоплощения. Она не играет — ее героини живут на сцене или киноэкране абсолютно полноценно. Такая уникальная работа не могла остаться незамеченной ни простыми кинозрителями, ни экспертами в области кинематографии. Итак, предмет нашего разговора — биография Полины Агуреевой.

image

Детство и школьные годы

Агуреева Полина Владимировна родилась в Волгограде 9 сентября 1976 года, однако почти сразу после этого события ее семья переехала из областного центра в поселок Михайловка Волгоградской области, где Полина и провела свое раннее детство.

В 1983 году она вместе с родителями, младшими братом и сестрой переезжает в Москву. Педагоги и одноклассники Полины отзываются о ее школьных годах по-разному: с одной стороны, девочка была тихим «книжным» ребенком, с другой — всегда была очень активна в общественной жизни (некоторое время даже возглавляла пионерскую дружину школы). Но никто никогда не сомневался, что Полина непременно станет артисткой.

Биография

Читайте также:  Борис Корчевников голубой или нет интересуются поклонники ведущего

По словам самой актрисы, в школьные годы она очень много читала, проводя все свое свободное время за книгами.

С профессией Полина определилась уже в старших классах. В 1993 году она поступила на режиссерский факультет в ГИТИС, в мастерскую Петра Фоменко, где училась в актерской группе.

В ее таланте никто не сомневался

image Актерский талант у девочки начал проявляться еще в школьные годы. Начиная с младших классов, практически все школьные спектакли проходили с ее участием. Провинциальная непосредственность, которую она не растеряла в столице, в сочетании с врожденным актерским талантом уже тогда завораживала и педагогов, и сверстников. В старших классах девушка уже целенаправленно готовилась к поступлению в ГИТИС, куда, по окончании школы, поступила с первой же попытки — Петр Фоменко сразу разглядел будущую звезду и взял ее в свою мастерскую.

Детство и юность

Полина родилась и выросла в Волгограде. Оба родителя были преподавателями: мама обучала студентов русской словесности, позднее переквалифицировалась в психолога, а отец преподавал естественные науки. Девочка стала старшим ребенком в семье: после Полины родились еще брат и сестра.

В целом воспоминания о детстве Агуреевой достаточно меланхолические. С одной стороны, Полина чувствовала себя «лишней на этом празднике жизни», а с другой — с ностальгией вспоминает ранние годы из-за того, что они прошли в провинции.

Актриса Полина Агуреева

Когда маленькая Полина была еще дошкольницей, родители развелись, и вместе с мамой девочка переехала в поселок Михайловка Волгоградской области, а затем перебралась в столицу России. В школьные годы Агуреева сама себя называла «книжной девочкой», так как свободное время проводила за чтением любимой литературы.

Уже в старших классах девушка была четко уверена, что станет только актрисой. Выступать публично Полина не особенно любила, но возможность, как выражается артистка, «пострадать на людях» притягивала.

В 1993 году девушка подала документы в театральные вузы Москвы и прошла сразу в четыре учебных заведения. На одном из последних экзаменов в ГИТИСе Полина Агуреева пообщалась со знаменитым театральным режиссером Петром Фоменко, который в тот год как раз набирал курс в этот институт.

Мастер настолько заразил абитуриентку энтузиазмом и отношением к делу, что другие варианты продолжения учебы Полина даже не стала рассматривать. Выбор места учебы предопределил будущую творческую биографию исполнительницы. Все студенческие годы к учителю Агуреева относилась не просто с уважением, а с настоящим обожанием.

Агуреева Полина — актриса театра

Фоменко не прогадал — его студентка уже тогда была вполне сложившейся артисткой, талант которой надо было лишь слегка отшлифовать. Дебютной для Полины стала небольшая роль в студенческой постановке «Варвары» (1997 год), с которой начинающая актриса справилась блестяще. Очень скоро ей дали первую в ее творческой карьере главную роль в «большом» театре — спектакль «Одна абсолютно счастливая деревня». Эта роль открыла театральному миру новую восходящую звездочку. А сама постановка, в первую очередь благодаря выдающейся игре Агуреевой, была признана лучшим спектаклем «Мастерской Фоменко» репертуара 1997 года и гвоздем театрального репертуара несколько сезонов подряд.

image

Полина Агуреева сейчас

В 2020 году на экраны вышел фильм «Ван Гоги», в котором речь пошла о взаимоотношениях отца и сына, выдающихся в своих областях деятелей. Встреча уже немолодых людей, которых сыграли Алексей Серебряков и Даниэль Ольбрыхский, происходит после многолетней разлуки. Агуреева предстала на экране в образе подруги главного героя Марка (Серебряков). Другой премьерой года стал фильм «Элефант», в котором Полина снялась вместе с Алексеем Гуськовым.

View this post on Instagram

A post shared by Central Partnership (@centralpartnership) on Sep 11, 2020 at 12:27am PDT

Приятной новостью для поклонников Полины стало ее награждение званием заслуженной артистки РФ. Соответствующий знак отличия исполнительнице вручил министр культуры Владимир Мединский накануне 2020 года.

Читайте также:  Олег Штефанко Ваше имя (обязательно) Ваш e-mail (обязательно) Тема Сообщение СодержаниеДетствоШкольные годыФильмыЛичная жизнь Олега ШтефанкоДети Олега ШтефанкоОлег Штефанко сейчасИЗБРАННАЯ ФИЛЬМОГРАФИ

Награды нашли свою героиню

Талант восходящей звезды не остался незамеченным театральными критиками и экспертами: в конце 1997 года Полина Агуреева была удостоена Гран-при театрального фестиваля «Московские дебюты». Это была лишь первая из последовавших затем театральных и «киношных» наград Агуреевой:

  • Премии «Чайка-2000» и «Триумф-2000».
  • Государственная премия Российской Федерации 2001 года.
  • Приз фестиваля «Кинотавр» 2004 года.
  • Малый золотой лев Венецианского кинофорума 2006 года.
  • Премия «Золотой орёл» 2014 года.

Первые годы своей творческой карьеры Агуреева посвятила исключительно театру — она была задействована в нескольких постановках Мастерской Фоменко. Однако, несмотря на свою невероятную занятость в родном театре, молодая актриса с радостью откликнулась на предложение Олега Меньшова принять участие в постановке его антрепризы «Горе от ума». Не отказала она и режиссеру парижского театра Невежиной, сыграв в ее постановке пьесы английского драматурга Тома Стоппарда.

Недолгое забвение

image Несмотря на огромный успех «Долгого прощания» и мгновенную зрительскую популярность, два года после этого Полине никто не предлагал новых киноролей. Отчасти это было связано с ее беременностью (в 2005 году она родила сына). И лишь в 2006 году Иван Вырыпаев предложил Агуреевой исполнить главную роль в лирической кинодраме «Эйфория». Фильм получился потрясающим (он был отмечен экспертами на многих кинофестивалях). Но Полина опять выпала из обоймы киноактеров на два года, только на этот раз уже по собственной вине — не лежала у нее душа к тому, что ей предлагали в это время. К тому же, она всем сердцем любила театр и не готова была обменять сцену на «дешевую» популярность «мыльно-оперной» киноартистки. Прорыв в ее карьере случился в 2007 году, когда она согласилась сыграть певицу Тоню Царько в сериале Сергея Урсуляка «Ликвидация». После выхода этого фильма на телеэкраны предложения посыпались на Полину одно за другим. За неполных четыре года она снялась в пяти кинокартинах:

  • образ Анны в сериале «Исаев» (2009 год);
  • роль горничной в фильме «Все в порядке, мама!» (2010 год);
  • образ Анниньки в картине «Господа Головлевы» (2010 год);
  • роль Кати в фильме «Которого не было» (2010 год);
  • образ Евгении Шапошниковой в фильме «Жизнь и судьба».

Кинокритики отметили, что каждый из этих образов молодого дарования можно считать настоящим шедевром, достойным самых высоких оценок. У Полины удивительным образом сочетается лирическая трепетность и непосредственность с ярко-выраженной сексуальностью. Такую женщину просто нельзя не полюбить.

В ближайшее время поклонники таланта Агуреевой смогут насладиться просмотром новых ее работ — очень скоро на киноэкранах появятся лирические фильмы «Секс, кофе и сигареты» и «Прощай, любимая», а также историческая драма «Куприн».

Полина Агуреева сегодня

В период с 2009-го по 2012-й год актриса снялась всего в пяти новых лентах. Среди ее поздних работ выделяются картины «Жизнь и судьба», «Господа Головлевы», а также телесериал «Исаев». Новые работы актрисы принесли ей новый успех. Ее актерскую игру критики называли одновременно лиричной, трепетной и бесконечно эротичной. Кроме того, высоких оценок было удостоено также и ее вокальное мастерство.

image Полина Агуреева продолжает активно сниматься в кино

Несколько песен, спетых в картинах «Ликвидация» и «Исаев» впоследствии отдельно исполнялись на театральных концертах актрисы. Манеру подачи музыкального материала журналисты и зрители называли трогательной и нежной.

Что касается новых фильмов, то насладиться свежими экранными работами нашей сегодняшней героини мы сможем уже в ближайшее время. В 2013-м и 2014-м годах на экраны должно выйти еще три новых киноленты с участием Агуреевой. В настоящее время в производстве находятся фильмы «Секс, кофе и сигареты», «Прощай, любимая», а также историческая картина «Куприн».

Вокальные данные Агуреевой

Кроме превосходного актерского мастерства, кинокритики отмечают талантливое исполнение Агуреевой романсов. Песни, которые она самостоятельно исполнила в сериалах «Ликвидация» и «Исаев», теперь являются неотъемлемой частью ее театральных концертов и творческих встреч со зрителями. И без того трогательно-лирические романсы в исполнении Полины звучат настолько нежно и задушевно, что у многих слушателей слезы сами подступают к глазам.

image

Полина Агуреева: личная жизнь

В этой области биография Полины Агуреевой сложилась не так хорошо, как ей бы хотелось. Замужество с режиссером Иваном Вырыпаевым (с которым они сошлись во время съемок «Эйфории») было недолгим. 4 года непрерывной борьбы между личной жизнью и творческими планами обоих супругов закончились разводом в 2007 году. Иван Вырыпаев и Полина Агуреева не смогли сочетать семью и работу. Даже рождение в 2005 году сына Пети не помогло спасти этот патриархальный (так его называет сама артистка) брак. Развод прошел мирно: как говорит Полина, умные люди не будут бросать друг в друга камни.

image Говоря о своей личной жизни после замужества, Агуреева честно признается, что ее можно смело называть «мамой-фанаткой» — все свободное от репетиций, спектаклей и съемок время она проводит с сыном. Вместе они читают, поют, играют в компьютерные игры, катаются на роликах. Воспитывать малыша актрисе помогают ее мама, брат, сестра, а также няня. Повторный брак пока не входит в жизненные планы артистки.

Читайте также:  Анатолий Белый: личная жизнь (жена, дети)

Агуреева — большая поклонница советских и российских военных фильмов, которые готова смотреть непрерывно дни напролет. Из иностранного кино ей нравятся работы таких мэтров, как Феллини, Бертолуччи, Альмодовар, Блие и Кустурица. На вопрос о предпочтениях в музыке, она застенчиво сказала, что ей совсем не нравится современная попса. Полина предпочитает слушать шедевры классики: произведения Моцарта, Сен-Санса и Шостаковича.

Оцените статью
Рейтинг автора
4,8
Материал подготовил
Егор Новиков
Наш эксперт
Написано статей
127
А как считаете Вы?
Напишите в комментариях, что вы думаете – согласны
ли со статьей или есть что добавить?
Добавить комментарий