«Они лажанулись с наркозом», – ведущая «Идеального ремонта» рассказала о печальных событиях личной жизни

Популярная российская ведущая Наталья Барбье хоть и возглавляет довольно авторитетное и появившееся в своей нише самым первым печатное издание, в жизни является очень жизнерадостной, веселой и доброжелательной женщиной. При этом она очень активный, деятельный и невероятно любознательный человек, которому чужды снобизм и зазнайство.

image

Первые шаги Натальи Барбье

Барбье Наталья год рождения свой как настоящая женщина скрывает. Происходит из интеллигентной советской семьи. Отец – военнослужащий Владимир Троепольский, моряк, капитан 2-го ранга; мать – учительница английского языка. Родилась в крепости Кронштадт, где служил в то время ее папа. Однако первые сознательные воспоминания связывает с Саратовом, где прошли школьные годы. Ей очень нравился этот город, совместивший в себе разные стили архитектуры, ставший пристанищем интеллигенции в военное и поствоенное время. Девочка часто ходила пешком из школы домой, наслаждаясь видами и своеобразным духом города.

Становление личности и характер

Дедушка Натальи Барбье был деканом исторического факультета Саратовского университета, наверное, он и привил девочке с раннего возраста любовь к книгам. Мама была в постоянном поиске новой квартиры, любила менять место и обстановку. Скорее всего, именно от матери и унаследовала Наталья хороший вкус и чувство стиля, став в результате экспертом в области интерьеров.

image

Образование и стажировка

После окончания школы Наталья Барбье уехала из Саратова в Москву, где и поступила в МГУ, на факультет журналистики. После выпуска в том же университете она поступила еще и в аспирантуру по специальности «художественный критик». По окончании учебы появилась возможность пройти стажировку на канале BBC, которой девушка с удовольствием воспользовалась.

Карьерный рост и профессиональная деятельность

Наталья Барбье, биография которой нас интересует, взяла этот псевдоним, когда стала развивать свою карьеру. Барбье – это фамилия ее бабушки, а настоящая фамилия ведущей – Троепольская. Впервые псевдоним был использован для подписи статей в журнале «Домовой».

Первым местом работы после стажировки была должность корреспондента в газете «Литературная Россия», позже – в «Литературной газете» и журнале «Огонек». Потом попробовала свои силы в редакторском деле в журнале «Домовой».

С 1998 года, когда она сгенерировала идею журнала «Мезонин», является главным редактором этого издания. На то время это был первый журнал, популяризирующий идеи создания индивидуальных интерьеров, декора. Дизайн интерьеров только начал входить в моду.

На телевидении Наталья Барбье в разное время принимала участие в проектах «Дом с мезонином», «Интерьеры», «Идеальный ремонт».

Помимо работы на телевидении и в печатной журналистике, эта деятельная женщина является президентом Объединения декораторов интерьеров, президентом ежегодных выставочных мероприятий «Неделя декора» и «Неделя садов», с успехом курирует свой авторский проект «Декор стола». С 2008 года участвовала в проекте «Сноб».

Идеальный ремонт

Главная идея проекта Первого канала «Идеальный ремонт», ведущей которого является Барбье, состоит не просто в замене старой обстановки или переоборудовании интерьера в какой-то другой, новый, модный, но, возможно, абсолютно непригодный для жилья. Команда проекта трудится в первую очередь над тем, чтобы будущий интерьер подходил как можно лучше его владельцу. Поэтому они изучают старую обстановку, знакомятся с хозяевами, подбирают такую планировку, материалы и декор, которые бы понравились жильцам квартиры. Как говорит сама ведущая, чтобы сделать интерьер «по-богатому и модно», стоит обратиться к другим специалистам. У данного же проекта задачи иные.

Личная жизнь

Наталья Барбье, личная жизнь которой тоже не выставляется ведущей на всеобщее обозрение, замужем за Александром Галушкиным. По рассказам самой Натальи, она счастлива в браке, поскольку муж является ее единомышленником. Они вместе занимались реставрацией своей квартиры, переделанной из старой коммуналки в сталинском доме. Вместе строили и обставляли дачу в Подмосковье, а потом и в Черногории. Муж поддерживает и разделяет любовь женщины к книгам, путешествиям, посиделкам в обществе друзей и активному отдыху.

Мой дом – моя крепость

Несмотря на то что Наталья Барбье является известным и авторитетным экспертом в области интерьеров и декора, сама она не любит показухи и не понимает, зачем делать ремонт каждый сезон. Хотя менять регулярно шторы и переставлять время от времени мебель ей очень нравится. Свою квартиру в Москве, которую очень любит, она постаралась обставить в духе русской интеллигенции. Пусть она и не очень большая по площади, всего 72 м2, однако обустроена так, чтоб было удобно в ней жить. Барбье очень любит читать, в ее доме много книг на полках почти под потолок, а также масса всевозможных сувениров и открыток, привезенных из разных стран, семейных фотографий и прочих милых сердцу мелочей. В этом интерьере все на своих местах.

А вот в средиземноморском доме в Черногории, купленном еще в 2002 году, совершенно другой интерьер. Эта квартира стала одной из первых в целом русском поселении известных людей. А привлекла она Наталью и ее мужа своей низкой стоимостью и тишиной городка.

По профессиональным убеждениям Натальи, каждый интерьер отображает личность своего хозяина. По нему можно составить представление о характере и предпочтениях человека. Вся деятельность этой журналистки направлена на прививание населению хорошего вкуса в интерьере, желание донести, что для обустройства квартиры и создания уюта вовсе не обязательно тратить много средств. Достаточно проявить фантазию, походить по блошиным рынкам, поискать, и нужный кусочек «мозаики» – деталь интерьера – обязательно отыщется.

Ведущая убеждена, что интерьер помимо всего прочего диктуется еще и местом расположения жилья. К примеру, европейский интерьер кардинальным образом отличается от русского, в силу погодных условий в первую очередь, а также традиций каждой конкретной страны, доступных материалов, окружающей обстановки. Равно как и в пределах одной страны, обстановка городского дома будет кардинально отличаться от деревенской.

Таким образом, Наталья Барбье стала одной из первых людей, несущих общественности идеи декораторского искусства и дизайна интерьеров, создала новую профессиональную отрасль интерьерной журналистики.

Совершенно случайно натолкнулась на это интервью. Так как многое в сказанном отвечает моей позиции, как в вопросах интерьерной моды, так и моды вообще, то решила перенести его в свой блог полностью. http://litsasovsek.ru/magazines/article/150  текст Татьяна Петрова фото Алексей Петров Это маленькая квартира, всего 72 метра, – начала свой рассказ Наташа. – Когда-то здесь была коммуналка, на которую мы с мужем поменяли наши прежние квартиры, и в 9-метровой комнате, где теперь находится столовая, жила целая семья. 15 лет назад купить жилье можно было только на вторичном рынке. И, вероятно, мы могли бы «выменять» (существовал такой термин!) нечто большее. Но нам понравилось необыкновенное обаяние этого старого дома в центре Москвы с замечательной планировкой квартиры, где скромные 72 метра ощущаются как 100 и больше. Здесь квадратный холл, а окна выходят на три стороны. О ванной с окном мечтает, по-моему, каждый житель мегаполиса. (Я тоже мечтала). А всего в маленькой четырехкомнатной квартире – шесть больших окон. – Вы наверняка интересовались историей вашего дома? – Конечно. Четыре этажа были возведены в начале прошлого века, а два последних (мы живем на шестом) – в послевоенные сталинские годы. Причем верхние квартиры были достроены абсолютно в тех же пропорциях и с той же планировкой. С одной лишь разницей – соседи снизу являются счастливыми обладателями потолка высотой в пять метров. У нас – всего три с половиной. Но и то мы очень довольны. Для людей с огромной библиотекой этот аргумент является очень важным: чем выше потолок – тем больше полок. А для меня книги, к тому же, лучшее украшение интерьера. – Часто бывая в гостях у известных людей, мы поражаемся тому, что иногда во всем доме нет ни одной книжной полки… – Да, по количеству телевизоров и книг в доме можно многое рассказать о людях, которые в нем живут. В нашей квартире вы не сразу найдете единственный телевизор, зато заметите обилие книг и семейных фотографий, привезенные из разных стран камешки, любимые осколки с археологических раскопок, купленные на «блошиных рынках» старые изразцы и лампы… Все эти дорогие сердцу мелочи заполняют немногие свободные места на полках в гостиной (она же библиотека и она же телевизионная – должны же мы знать, что происходит в мире и в стране!). Здесь и в кабинете мужа стеллажи до потолка. Остальные книги – на даче. Есть еще спальня, кухня и столовая. Собственно, все, что нужно для жизни. Как любая хозяйка, я не отказалась бы от кладовки. Но для нее места не нашлось. Мы обживали эту квартиру на фоне чудовищных «евроремонтов» прошлого десятилетия и прежде всего хотели воспроизвести здесь атмосферу старого московского интеллигентного (простите за это слово, которое теперь как-то странно звучит) дома, в котором жили несколько поколений. Так и получилось. Теперь можно смело сказать, что это хорошая старая московская квартира с историей. Нашей историей. Любой нормальный интерьер говорит о характере и образе жизни его хозяев. Если только он не сделан дизайнером «под ключ» – под анонимного покупателя. – Вы въехали в эту квартиру много лет назад, когда искусство интерьер-дизайна только зарождалось в новой России. Кто помогал вам с оформлением? – Мои друзья – декоратор Анна Муравина и архитектор Сергей Кругляк. Сережа подсказывал, как технологически претворить в жизнь наши с мужем идеи, он же предложил «зашить» кухню в обычный гипсокартон, покрасить его, а с помощью деревянных планок сделать намек на фахверк. Тогда ведь не было замечательного выбора отделочных материалов. Это сегодня в нашем городе можно купить все. Если, к примеру, в Москву привозят шесть кусков самого роскошного бразильского мрамора, то все эти шесть кусков тут же раскупаются. Нам в начале 90-х выбирать было не из чего. Многие предметы мебели сделаны белорусскими мастерами по нашим эскизам. Поэтому квартира получилась не затратная. В нее вложено ровно столько, сколько нужно для того, чтобы хорошо жить, веселиться и не расстраиваться, если что-то где-то не так. Мне нравятся «пожившие» вещи. Мы оставили старый паркет – смешной и скрипучий, старые дверные ручки – во всех комнатах разные. Сами двери, к сожалению, пришлось поменять – слои красок за годы коммунального жилья просто убили их. Но нам удалось найти похожие. Важно было сохранить дух старой квартиры. Несмотря на то что это была коммуналка, люди здесь жили дружно. По крайней мере никто никому тараканов в борщ не бросал. Мы поняли это сразу. Оттого, видно, и сами живем весело. Мой интерьер в принципе не является показушным. Дом существует для того, чтобы в нем жить, а не для того, чтобы демонстрировать и рассказывать, как он прекрасен. Словом, показывая сейчас вам свою квартиру, я чувствую себя не очень удобно. Да, это наша любимая обжитая московская квартира. Здесь хорошо нам с мужем. Приятно нашим гостям. Но что в ней такого уж особенного? – Сегодня немногие москвичи любят принимать гостей… – А в нашей маленькой квартире иногда собирается человек 20. Народ разбредается по комнатам, кто-то устраивается на диванах, кто-то на полу. Но почему-то всем очень нравится сидеть в столовой за небольшим столом под итальянским уличным фонарем, который моя подруга – художник и скульптор Елена Языкова – купила на «блошином рынке» в Италии, но так и не нашла для него места в своем доме. А у нас он прижился… Конечно, столовая для большого приема не годится, да и в семиметровой кухне, где когда-то готовили две или три семьи, помещаюсь только я. Но стена между кухней и комнатой не была несущей, и, сделав проем, мы объединили кухню со столовой. Надо признать, первоначальная планировка квартиры была на редкость удачной. Видно, что работал грамотный архитектор. Я ведь постоянно бываю на съемках в новостройках. Современная планировка домов, за редчайшим исключением, ужасная. Все сделано как-то не умно. Люди покупают квартиры площадью в 160–200 метров, а потом оказывается, что кухня все равно маленькая, и есть там невозможно. А им, по старой советской привычке, хочется пить чай именно на кухне. Или строится роскошная 60-метровая столовая, в которой никто не обедает… В наших 72 метрах мы вынуждены были учитывать каждый миллиметр. Поэтому даже ванну развернули, чтобы комната выглядела пропорциональной. – Мебель была сделана на заказ. А где вы покупали отделочные материалы, когда ничего не было? – Страшно вспомнить! Когда дело дошло до ванной, мы кинулись искать плитку. И из всей той дури, которая продавалась, самым разумным цветом был белый. Однако прошло более 10 лет, и белая плитка как была стильным вариантом для ванной, так и осталась. Посмотрите на остромодные, умные миланские интерьеры. Ванная там – белая. Разве что плитка мельче размером. А белый цвет – вне моды. И не приедается. Для штор я выбрала ткань французской компании Pierre Frey. Тогда это была одна из самых последних коллекций, она безумно мне нравилась, и я заказала для кухни синюю расцветку, а для спальни – вишневую. Правда, сшиты портьеры были так, как умели шить в те годы. К тому же я не рассчитала, что при каждой стирке шторы будут становиться все короче и короче. Так что теперь один выход – когда они станут совсем короткими, отвезти их на дачу, а для квартиры заказать новые. Вообще же, я предпочитаю не менять то, что меня устраивает. Ради моды? Не вижу смысла. Если только предмет просто неудобный. Хотя и в этом случае можно найти компромисс. Например, на стульях в столовой было не очень уютно сидеть. Но они мне так нравились, что я решила их купить. А для комфорта придумала подушки. – Вижу, и вы не избежали соблазна купить недорогую мебель IKEA? – Размеры икеевских диванов очень удачны для маленьких комнат. Да и цены этого магазина, не скрою, радуют. Надоел диван – выкинул, забыл. И не пожалел. Иногда я меняю цвета, с помощью элементарных пледов делая гостиную синей, красной или белой. Ничего более! Хотя, наверное, это плохо звучит из уст главного редактора интерьерного издания, которое, прекрасно знаю, не то что не последнее на рынке, а одно из лучших. Но ведь и модельеры, выпускающие на подиум красавиц в роскошных нарядах, сами порой носят джинсы и черные майки. Так же и я. Очень люблю интерьер, смею надеяться, что разбираюсь в теме. Но не существует просто интерьера. Есть моя квартира, мною сделанная. В ней много мне лично дорогого и приятного, и я люблю ее такой, какая она есть. То же самое я могла бы сказать про свою дачу. Я делала ее не для того, чтобы она понравилась кому-то. – Однако материал о ней вы опубликовали в «Мезонине». – Это было сделано под большим давлением моей редакционной команды… Дача очень простая, деревянная, в русском стиле. Но именно такую мы с мужем и хотели. Как культурный ландшафт Подмосковье в сущности уже уничтожено. Нет тех чудесных дачек, заросших виноградом, веранд с растекловкой… Отчасти поэтому, когда все возводили огромные каменные дома, мы построили себе такую дачу. – Кроме икеевских диванов в гостиной есть антикварный ковер, роскошный cofee-table и марокканский фонарь… – Я очень люблю старые ковры. Ковру возле камина лет 60, он из Белуджистана. Мы отреставрировали его, почистили и положили, потому что он нам с мужем очень нравится. Но до него лежал старый узбекский килим. Два ковра в разных стилях не ужились. Первый пришлось убрать, и теперь он ждет своего часа или другого правильного места. Фонарь был куплен в антикварной лавке в Марокко, когда галереи «Танжер» в Москве еще не существовало и эта страна не была столь популярной у россиян. Журнальный столик – настоящее, совершенно неподъемное седло слона. Наталия Семенова, моя знакомая, занимающаяся интерьерами, и Дмитрий Алексеев, художник и декоратор, были, кажется, первыми россиянами, уехавшими в Индию. Из своего длительного путешествия они привезли два или три контейнера чудных старых вещей. Это было очень давно, индийского антиквариата как такового не осталось. Теперь большая часть предметов оттуда – грамотно сделанные, хорошие (нет, не подделки!) современные вещи из состаренного дерева. В Европе Индия в тренде уже много лет. Наташе и Диме повезло – они привезли порталы дворцов, старые двери, из которых можно было делать столы… А мне из той замечательной «посылки» досталось седло слона, которое я безумно люблю и которое, скорее всего, не буду менять еще много лет. Разве что на дачу отвезу. Я люблю вещи независимо от того, старые они или новые, дешевые или дорогие. Если предмет нравится – куплю и найду ему достойное место в интерьере. Так же, кстати, отношусь и к дизайну одежды. Не могу представить, что надену ультрамодную, но некомфортную для меня вещь. Ну, правда, я живу вне моды и сознательно не хочу, чтобы она влияла на мою жизнь. Мне кажется, в ней очень много наносного. Я не знаю, как сносить уже имеющиеся пять летних пальто. Зачем же нужно еще десять? Не поверите, иногда с огромным удовольствием листаю fashion-журналы, чтобы понять, ЧТО из моего шкафа можно достать, потому что ЭТО внезапно опять в моде. В прошлом сезоне, например, с удивлением узнала о «триумфальном возвращении маленького черного платья». Я и не догадывалась, что оно выходило из моды! Теперь надеваю его не только потому, что люблю, но и с идеологическим обоснованием – оно же в тренде! То же самое иногда случается со старенькими тупоносенькими туфельками или башмачками моей бабушки. Прекрасно! Я надену их несколько раз за сезон и буду счастлива! – К слову, о стареньком. Нельзя не обратить внимания на книжный стеллаж. Видно, что при покраске его искусственно «старили». Вы это тоже сами придумали? – Нет, это посоветовала Аня Муравина. Шкафы сделаны из сосновой доски, а потом покрашены серо-синей краской и затерты. Нам хотелось, чтобы получился эффект не то что старого, но простого дерева. (Я очень не люблю лакированные вещи. Хотя сейчас они безумно модны! Кругом лак! Черный, густой. В тренде – эффект рояльной глубины). Аня же объясняла девочкам малярам, как сделать «античную» штукатурку в столовой. Брала губку, показывала, как нужно растирать. Тогда специалистов по декоративным поверхностям еще не было, поэтому и стенка местами получилась неправильная. Маляры растерли, как могли. – Во-первых, я взяток не беру. Во-вторых, вообще не хочу, чтобы мне кто-то делал супермодно, тем более в старом московском доме. Есть такое понятие «гений места». Дом на холме не может быть похож на дом, стоящий в низине. В квартире-студии в новостройке будет уместна актуальная стилистика, а не исторические реплики. Пентхаузу (в настоящем смысле этого слова) не подойдет ампир. А наш дом на Адриатике, к слову, совсем не похож на московскую квартиру. Он выдержан в стиле минимализм. Белые стены, черная мебель, стальные предметы, стеклянные стены, африканские скульптуры и маски, травертин песочного цвета… Ничего лишнего! И строжайшая геометрия. Местный ландшафт требовал чистых ясных линий. Главный вопрос, который нужно задать себе после покупки нового жилья: что диктует место? Какова высота потолков? Куда выходят окна? Делать себе интерьер – безумно приятный творческий процесс. А заниматься сегодня собственным домом – так же естественно, как естественно было раньше заниматься своим садом. Тогда каждая хозяйка даже небольшого поместья знала, как подрезать розы. А сейчас надо понимать, например, что летом чехлы на мебели и шторы могут быть одни, зимой – другие. От этого понимания зависит, будет ли вам комфортно в вашем доме. Самая первая моя квартира находилась на первом этаже панельной башни. Это было очень-очень давно, денег было мало. Но и в тех условиях я умудрилась что-то придумать. Выкрасила стены в белый цвет. Купила белую мебель. А вдоль одной стены расставила 20 горшочков с алыми цикламенами. Книги. Белое. И красные цветы. По-моему, очень стильно. Теперь, когда в России появилось много денег и много информации, стало актуальным жить в хорошем интерьере. Положение обязывает – состоятельные люди должны иметь приличный дом. Для них важно, чтобы материалы были натуральные и дорогие, дизайн – модным. Такие люди просто обязаны тратить большие деньги на одежду, часы, автомобили, интерьеры. Словом, на свой образ жизни. – А главный редактор интерьерного журнала не обязан? – А разве главный редактор может быть реально богатым человеком? Не бедным – да. Но не по-настоящему богатым. К счастью, я человек непафосный. И ко многим вещам отношусь спокойно. Есть такое странное противоречие во мне. Разбираюсь в дизайне, могу по достоинству оценить интерьерные стили, качество предметов. Но мне самой не так много нужно. Я не понимаю, зачем каждый сезон делать модный интерьер. В прошлом году было актуально золото, в этом – серебро. А мне вот уже 10 лет нравится моя квартира. И ремонту я предпочту книги, музыку, природу, общение с друзьями, стакан вина, хорошие мысли… Слава богу, мы счастливо совпадаем в этом с моим мужем. Нам хорошо. Гостям – комфортно. А кто что подумает про мой интерьер, меня совершенно не волнует. Детские рецепты

24/05/2010

Евгений Змиевец, владелец и президент издательской группы Parlan, в котором издается модный журнал L”Officiel, уволил его бессменного главного редактора и креативного директора Эвелину Хромченко, и посадил на ее место свою супругу Марию Невскую, проработавшую в издании всего полгода. Событие, может, так и осталось бы незамеченным, если бы не бешеная популярность госпожи Хромченко среди домохозяек, по утрам включающих свой телевизор для просмотра «Модного приговора».

С вою карьеру Эвелина начала в 17 лет, когда поступила на факультет журналистики МГУ. В 18 молодая журналистка пришла на телевидение, и попала во «Взгляд». В дальнейшем она публиковалась в крупных изданиях – «Известия», «Cosmopolitan», «Elle», «Комсомольская правда», «Собеседник», «Огонек» и других. Уже в 22 года она руководила первым собственным журнальным проектом, а в 24 открыла свой бизнес. Хромченко сделала и правда блестящую карьеру, в 25 возглавив российскую версию модного журнала L’Officiel. На посту главного редактора Эвелина Хромченко 12 лет учила женщин стильно одеваться, и за это время стала практически символом российской моды. Во многом известность журнала была связана с ее именем, ведь главный редактор активно занималась самопиаром. О заоблачных тиражах русского L”Officiel никогда говорить не приходилось, однако журнал прожил немалую жизнь в России, а это значит, что он всегда мог собрать нужное количество рекламы. Содержание глянцевого журнала о моде – дело недешевое и довольно хлопотное, но все же L”Officiel держался на плаву.

Завоздушивание системы отопления: причины возникновения, методы устранения Как происходит завоздушивание системы отопления, и как с этим бороться Применение соединения американки Основные виды железобетонных изделий Железобетонные изделия виды и свойства Классическая или академическая штриховка карандашом История возникновения чая Чай редкие истории о чае

Ведущая программы “Идеальный ремонт” Наташа Барбье побывала в гостях у Льва Лещенко, и с дизайнерами помогла ему осуществить мечту. Во время съемки программы ему построили настоящую зимнюю беседку для встречи друзей на шашлык.

Супруга Льва Лещенко Ирина редко бывает с ним на публике, и на съемках программы “Идеальный ремонт” вела себя скромно. Меж тем супруги в браке уже 38 лет.

На съемках программы “Идеальный ремонт” часто происходят разные “косяки”. Иногда героям программы приходится включать актерские способности.

“Один раз не успели повесить люстру, которую надо было долго собирать, а отложить съемки невозможно. Выкрутились. Я говорила, показывая на потолок: “Какая у вас теперь чудесная хрустальная люстра!” И Лолита Милявская, глядя на крюк в потолке, ахала: “Боже, какая красота!” А красота лежала в углу — потом оператор снимал ее отдельно”, – рассказывает Наташа Барбье.

А вот в гостиной для Инны Макаровой и Натальи Бондарчук при перестройке не было отопления. И всю съемку Барбье провела буквально у камина. Камера, правда, не показывала, как она то одну ногу, то другую укладывала на горячие камни.

Добавляйте CСб в свои источники ЯНДЕКС.НОВОСТИ. Хотите знать еще больше? Подписывайтесь на наш телеграм-канал @ssb_online

Развлечения Декоратор всея Москвы описала идеальный интерьер для современного мужчины. image 27 августа 2011 г.
image

В 1990-е, как мы все помним, русские интерьеры были кошмарны. А в 2000-е люди, наконец, научились обставлять дом со вкусом?

Да, чаще всего представители того поколения, которое внезапно получило деньги и не знало, куда их девать, заказывали и получали чудовищные интерьеры. Печатать их в интерьерном журнале было невозможно. А сейчас у нас в каждом номере больше половины российских интерьеров. Помните, были времена, когда все жены богатых людей подались в декораторы? Профессия стала престижной. Мне этот момент кажется вполне положительным. Им же пришлось пройти какую-то школу – часто это была школа «Детали», с которыми я дружу, и которая выпустила уже несколько волн талантливых декораторов. И даже если среди них много светских девушек, которые учились только для того, чтобы оформить собственный интерьер, – так это же прекрасно. Настоящая английская леди, как известно, должна уметь несколько вещей: правильно подрезать розы, понимать, что в какой момент и что должно стоять на столе, ну и, в конце концов, разбираться в декоре.

Самые интересные интерьеры за это время появились у людей новой формации, у тех, кто не застал 1990-е, кто много видел и путешествовал. К тому же у людей теперь не одно жилье, в котором раньше хотелось реализовать сразу все фантазии; у многих появилось по две-три недвижимости с разными целевыми назначениями. Городская квартира может быть современной, модернистской, дизайнерской. А загородный дом будет скорее классическим, или в стиле кантри, или в стиле Прованса. Кто-то приобрел дом на море, там ведь тоже есть свои тенденции, и люди постепенно их осваивают.

Заказчики начали разбираться в стилях?

Да, стало легче. Причем жены заказчиков осваивают вместе с декораторами антикварные магазины, блошиные рынки, художественные галереи, стало модно ездить на выставку Maison d'Object в Париже и на мебельную выставку в Милан. Декораторы в свою очередь стали больше общаться с клиентами. Часто бывает, что декоратор становится приятелем хозяина дома – надо ведь понимать, для кого он делает интерьер.

А на Западе наших декораторов начали ценить?

Конечно. Есть такой альманах лучших интерьеров года Эндрю Мартина, в последние годы там появляется много русских интерьеров. Теперь там много и русских интерьеров. В новый выпуск, насколько я знаю, попал даже интерьер ресторана во Владимире, сделанный Марией Карташовой. В предыдущем альбоме есть интерьеры Кати Федорченко. Вообще за десять лет выросло целое поколение прекрасных декораторов. Раньше можно было назвать всего несколько имен – Вероника Блумгрен, Дмитрий Великовский, Аня Муравина и еще несколько человек. Вероника уехала на Бали и занимается гостиничным бизнесом, кто-то работает в основном за границей, кто-то не показывает свои работы… Теперь реально есть из кого выбрать. Но выросло новое поколение опытных, зрелых декораторов. В нашем Объединении декораторов интерьеров было в самом начале человек пять, а сейчас их несколько десятков.

А если бы вы издавали альманах лучших интерьеров за 10 лет, какие туда точно попали бы?

Боюсь, что тех интерьеров, которые я бы туда поставила, уже не существует. Меняются семьи, недвижимость, вкусы людей, интерьеры появляются и исчезают. Тут еще надо помнить, что многие интерьеры у нас до сих пор делаются для презентации: не столько для себя, сколько для того, чтобы его увидели друзья, деловые партнеры, коллеги. Поэтому в интерьер стремятся вложить все самое актуальное на тот момент. Но мода ведь проходит, и остромодный интерьер быстро устаревает. Некоторое время назад, например, все увлеклись необарокко (на самом деле, конечно, неонеонео…барокко, если вспомнить, сколько раз к этому стилю возвращались): черные стены, черный хрусталь, люстры Baccarat, крупные цветы. В стране появилось несколько таких ярких интерьеров, но в них ведь долго не проживешь, все равно скоро придется менять.

А сейчас какой самый актуальный стиль?

Если речь идет о человеке, который имеет какую-то творческую жилку или относится к богеме – это сочетание лофта и антиквариата. Когда я представляю себе интерьер, в котором сочетаются шик, артистизм и вызов, я вижу высокие потолки, голые стены, возможно, одну яркую художественную работу, неважно, старинную или современного автора, и старинную люстру, которая спускается с потолка. А дальше на выбор: кресло с блошиного рынка или любое дизайнерское кресло – от Скандинавии до Испании.

А Старк действительно уже вышел из моды?

Он не то чтобы демоде, просто его стало очень много. Хотя некоторые его вещи просто замечательные. Например, всем известные стулья-призраки.

Но они же стоят уже во всех конференц-залах мира.

Так в этом и была цель – пустить дизайнерскую идею в массовое производство. Эти стулья производит фирма Kartell, которая ставила себе задачей, во-первых, сделать пластик престижным материалом, а во-вторых, сделать дизайнерскую мебель доступной. Они привлекли к пластику лучших мировых дизайнеров, и им удалось ввести пластиковые предметы в высокий интерьер. В моде тоже ведь происходит нечто подобное – теперь можно флип-флопы надеть с вечерним платьем. Снижение пафоса – вообще, пожалуй, главный тренд нашего времени.

Мы говорили о самых актуальных интерьерах на сегодняшний день…

Да, с творческими людьми разобрались, а люди с более спокойным вкусом, но продвинутые, скорее всего, будут делать то, что называется «современной классикой». Это спокойная мебель простых форм, всегда дизайнерская, приглушенных оттенков – кофейная, бежевая. Вообще сейчас модный интерьер стремится к экологичности, в нем нет вызова. Шик такого интерьера – в многолетнем качестве, он не показушный. Провокационные интерьеры могут себе позволить только люди, которые сами такие. Мне вообще кажется странным делать интерьер с нуля в каком-то определенном стиле: барокко, рококо или так всеми нынче любимом ар деко. Хотя я понимаю любовь к ар деко – это последний большой стиль прошлого века, он расцвел между войнами, с ним столько всего связано в литературе и кино, в нем есть прелесть той несчастной золотой эпохи… Но странно создавать в абсолютно пустом пространстве имитацию. В Европе это выглядит менее искусственно. Людям по наследству достаются старинные кресла, бабушкины дома, где эта материальная среда благополучно выжила. А у нас заставлять квартиру барочными креслами, сделанными на современной фабрике, а потом, возможно, еще и состаренными, не совсем честно. Если вы такой уж любитель этой эпохи, лучше подыскать что-нибудь подлинное.

А каким вы видите идеальный интерьер для современного мужчины?

Тут можно говорить как раз только об идеале. В реальности у интересных современных мужчин очень разные квартиры. Например, один мой знакомый говорил, что его мечта – это пустая комната, в которой стоит диван и большой телевизор, на котором он может смотреть футбол. По-своему красиво, стильно и по-мужски. А другой мой знакомый, который много ездит, всегда с наслаждением возвращается домой, где у него все очень буржуазно, уютно, коврики, подушки. Есть еще один знакомый, у которого посреди комнаты стоит рейл для одежды, потому что в шкафу она не помещается. А еще у одного приятеля есть специальная комната для спецодежды – одежда для яхтенного спорта, для гольфа, для подводного плавания, для охоты. Важно ведь не то, чтобы интерьер был модный, богатый или актуальный. Важно, чтобы он был счастливый. Но если все же фантазировать о модном интерьере для современного мужчины, я представляю себе все оттенки шоколада, очень спокойную, сдержанную обстановку, с парой острых дизайнерских вещей и с одной аникварной. Это интерьер, в котором очень чисто – современные мужчины очень следят за этим; в нем мало безделушек, а те, что есть, имеют для хозяина какое-то значение. Но на самом деле таких интерьеров мало, их делают декораторы, а в реальности у мужчин все иначе.

Лучшим вопросом от читателей GQ на “Фейсбуке” был признан вопрос Евгения Мурушкина.

Он и получает очередную бутылку коллекционного виски:

Помните, в начале 2000-х у каждого дизайнера по интерьерам если не на рабочем столе, то на прикроватной тумбе лежала книжка норвежца Тургрима Эггена “Декоратор”? За эти 10 лет в художественной литературе появилось что-то обязательное к прочтению на тему декора?

Да, помню эту книгу. Страшненький образ декоратора там вырисовывался… Но ничего нового сразу в голову не приходит. Да и эта книга не про декоратора, скорее, а про психопаталогию. Честно говоря, почти все книги из категории классической, описательной литературы – материал для декоратора, потому что, во-первых, там всегда есть картинка интерьера, а во-вторых, декоратор должен быть немного психотератпевтом, или психологом, чтобы понять клиента. Интерьер ведь очень многое говорит о человеке. Если это не гостиница или дом “под ключ”.

Фотографии: Алексей Калабин

Часто проверяете почту? Пусть там будет что-то интересное от нас.

Оцените статью
Рейтинг автора
4,8
Материал подготовил
Егор Новиков
Наш эксперт
Написано статей
127
А как считаете Вы?
Напишите в комментариях, что вы думаете – согласны
ли со статьей или есть что добавить?
Добавить комментарий